Партия на троих

Теперь в распоряжении мага остался только собственный резерв, а его при таком расходе сил надолго не хватит.

Удар по щиту оказался столь чудовищным, что Руиз не устоял на ногах, бухнулся на колени и проехался на них почти до портала, вскочил. Осталось руку протянуть — втянет. Он еще радовался этому, когда неожиданно обнаружил перед собой пустоту.

Руиз смотрел на нее, наверное, вечность. Если не подвело чувство времени, а оно уже раз сыграло с ним злую шутку. С другой стороны, а что ему делать? Открыть новый портал он не сумел бы.

Прорваться через зал к дверям, потом пробежать через весь драконий дворец, минуя западни и магических стражников, вырваться в город, затеряться там, дождаться ночи и каким-то образом перебраться через окружающую Садаккар стену? Он маг, а не удачливый вор или лазутчик. Оставаться под защитой щита было менее хлопотно. Жаль, его не передвинуть к во…он тому диванчику у стены. Тогда удалось бы провести последние полчаса жизни с комфортом. Кристалла у него нет, получать силу извне невозможно. Осталось до конца исчерпать резерв собственной души и уйти из этого светлого мира. Благо, щит не развеется до последнего, а значит, стать добычей дракона Руиз мог не опасаться.

Щит — отличный способ для труса покончить со своим существованием быстро и безболезненно. Заклинание тянуло силы незаметно, по чуть-чуть. Вскоре твердый каменный пол уже не казался Руизу непригодным к сидению или даже лежанию.

— Чародей, хочешь жить?

Руиз вздрогнул.

Голос у дракона ничем не напоминал ни шипение, ни грохот камнепада, ни рев пламени или водопада: обыкновенный, человеческий, сытый, слегка усталый.

— И чего ты потребуешь взамен?

Жить Руиз хотел, причем сильно. Даже при условии, что маги не умирают окончательно и часто помнят прежние воплощения. Если желают, разумеется. Руиз в прошлой жизни в одном из миров был жрецом самой госпожи Смерти. А в позапрошлой — магом огня. Только какой ему прок от этого знания? Никакого. Неинтересно повторять однажды уже пройденный путь.

Единственное, что не менялось при переходе из жизни в жизнь — душа, которую вряд ли получилось бы назвать чистой или светлой, даже не причиняя зла окружающим. Наставник и учить-то его взялся только из-за огромного потенциала, который прорвался бы так или иначе, удивительной неубиваемости (видимо, госпожа хранила Руиза в виду прошлых заслуг, либо наоборот, не желала видеть) и врожденного чувства пространства.