Аркан-II. Время перемен

И не зря! Когда они подъезжали к воротам, на той самой сопке, где они стояли совсем недавно, взметнулась в воздух снежная позёмка и раздались воинственные крики. Большой отряд тяжеловооружённых всадников перевалил гребень возвышенности и устремился к городу. Над головами всадников развевались знамёна, изображающие летящих уток.

Пожалуй, эти утки были опаснее иных коршунов!

— Здесь — квартал Лаури! — Уве Корхонен указал рукой на прибитые с обеих сторон от ворот щиты с изображением венка из лавровых листьев.

— Они блюдут нейтралитет до собрания Эдускунты, к ним Сорса не сунутся!

И точно — из ворот один за другим побежали пешие воины со щитами и копьями, становясь по обеим сторонам дороги. Они пропустили путников и сбили сплошной строй, перегородив проход к воротам. Командир Лаури — плотно сбитый крепыш с рыжей бородой — вышел вперёд и крикнул что-то примирительное, на что со стороны всадников с утиными знамёнами раздались явные оскорбления.

Что последовало дальше, Рем уже не видел — они мчались по прямым как стрела улицам Байарада, пересекая кварталы Лаури, Ахо и Поолов не задерживаясь — прямо к терему Корхоненов.

Когда «нейтральные» районы этих кланов остались позади — обстановка стала откровенно тревожной: улицы в вотчине родни Микке оказались перегорожены рогатками и баррикадами, на крышах дежурили лучники, патрули дружинников, усиленные ополченцами, прохаживались по улицам. Тут же, на перекрёстках, жгли костры, чтобы воины могли согреться. Лица горожан выглядели напряжёнными и сосредоточенными.

— Seiso! — раздался предостерегающий окрик дружинника, на плаще которого был вышит белый лебедь.

Уве спешился, следом за ним — Микке, оба Аркана и дю Валье. Суровый воин, начальник караула, выдвинулся вперёд, за линию рогаток. Остальные обнажили оружие, но вдруг как-то сразу расслабились.

— Hei Uwe! Kuka se on sinun kanssasi? — крикнул кто-то, явно узнав Корхонена.

— Приветствую! — Уве помахал рукой дружинникам.

— Говорите по-имперски, у нас гости!

— Да никак это Толстый Микке?

— Да какой же он толстый? Вон какой здоровый!

— Точно — Микке Ярвинен!

— Микке, мы думали, ты подох!

— Микке, у тебя начала расти борода?

— Микке, а кто это с тобой?

Тут была в основном молодёжь из Корхоненов и вассальных семей, и они зубоскалили вовсю.

— Тихо!!! — вдруг гаркнул Микке Ярвинен, и все и вправду заткнулись.