#Бояръ-Аниме. Библиотекарь государя. Буква

Человек, которому помимо всего прочего нужны услуги наших целителей. А это – отличная перспектива. Я понимал, что наш целительский козырь должен развиваться. В будущем я планирую создать целую структуру лекарей. И сотрудничество с Константином – начало всего этого.

С Иисусом почти не разговаривали, пока ехали. Силы иссякли окончательно. Он лишь поделился своими впечатлениями по поводу прошедшего разговора и самого Аксёнова.

Константин показался ему честным, деловым человеком. Иисус сказал, что ему можно доверять.

Из гаража, где мы оставили машину, до комнаты я добирался уже не совсем осознавая себя. Спал на ходу. Даже не помню, как добрался до кровати. Помню лишь, что больно ударился ногой об угол, но и это не заставило меня взбодриться.

Проснулся с мыслью о том, что никуда не хочу идти. Ни черта не выспался. Часть ночи была потрачена на поездку к Аксёнову, поэтому часов для сна осталось в два раза меньше, чем обычно.

Но нужно было пересилить себя и ехать в академию. Ведь там – снова изнурительные тренировки. Снова голодные до меня девушки и ненавистная Алевтина Игоревна.

Иван как обычно заехал за мной, и мы отправились в академию.

Как говорится – покой нам только снится. Зайдя в кабинет, где замдиректора сказала собраться нам перед тренировками, я обнаружил дикое зрелище.

Ничего страннее этого ещё не видел.

Все четыре девушки: Аксёнова, Амосова, Романова и Герцен сидели за одной партой. О чём-то друг с другом разговаривали.

«Ха…?»

Глава 3

Как известно, после хороших новостей сразу же идут – не совсем. Чёрные, белые полосы, и всё такое.

Я это к чему?

После спасительной встречи с Константином Аксёновым меня ждало кое-что страшно необычное. Даже, скорее, просто страшное, чем необычное. Ведь что может быть страшнее сразу четырёх девушек, близких тебе, общающихся между собой…?

Когда мы с Иваном зашли в кабинет, то увидели Аксёнову, Амосову, Романову и Герцен, сидящих за одной партой.

Очевидно, что первая мысль, пришедшая мне в голову, была примерно такой – «Какого чёрта…?»

Они что, обсуждают меня?

Змеюки всё осознали, и объединились против общего врага?

Да быть такого не может…

Сейчас все четверо смотрели на меня, стоящего возле двери. Выражение их лиц было разным. У Герцен – презрительным. У Аксёновой – отстранённо-раздражённым, у Романовой – подозрительным.