Легенда пустынь

Злой дух, назвавшийся Ка, исчезать от его манипуляций никак не хотел и смотрел на них с некой долей жалости. Вроде, как на жалкие потуги мухи вырваться из цепких детских ручек.

Здоровяк читал одну святую формулу за другой на непонятном ни Тарасу, ни Джаллин языке. А вот Ка, казалось, его прекрасно понимал, и столь же понимающе кивал головой. Мол, продолжай, паяц, мне это нравится.

- Н-но как? – недоумевал глава каравана. Его разрывали двойственные чувства. С одной стороны Хасс прав и джинн в людском обличии – это уже что-то из ряда вон выходящее.

Конечно, он знал, что с женщиной есть этакая вот чуда, но никак не хотел ходить с ней бок о бок. С другой – в этом же нет ничего плохого. По крайней мере до тех пор, пока эта тварь подчиняется женщине.

Урсиец достал свою излюбленную трубку, задумчиво посмотрел в небо, вытер пот со лба. Жара уже успела за это время хорошенько поднадоесть. Уже завтра днем они должны будут достигнуть кишлака, а там уж он сможет отдохнуть.

Снимут пару комнат, выспятся на мягкой перине, нормально поедят. А потом вымоется, да еще как! Повторять подвиг женщины и омываться в водах проклятого оазиса он не решился – кто знает, чего он там подцепить может? Бегай потом по знахарям, да целителям…

Сама же Джаллин выглядела подавленной. Она то и дело прикладывалась к какому-то пузырьку, морщась, будто от головной боли. Было видно, что добиться от нее сейчас хоть какого-нибудь внятного объяснения не получится.

Как только незнакомый мужчина высунулся из шатра женщин, Тарас чуть не упал от удивления. Уж он то точно прекрасно помнил, что никакого попутчика они с собой не брали, тогда откуда ему было взяться? Хасс, державший в тот момент ружье, чуть не выстрелил, но джинн, видя что его собираются изрешетить дружелюбно поднял руки. А потом уже вылезла женщина и рассказала следующую историю: ввиду того, что один из тех джиннов, кто должен был сопровождать ее по крайне важному поручению, да еще и правительственному пал смертью храбрых, она решила придать второму человеческий облик.

Точнее, приказала его принять. Так он будет меньше заметен для других и не вызовет лишних подозрений. Да и вообще – ее джинн, что хочет с ним, то и делает, разве их дело?

Тарас был согласен, что, конечно же, не их, но она могла хотя бы поставить их в известность? А то ведь так недолго и с ума сойти.