Легенда пустынь

- Народные волнения в Тюрбостане! Урсия отмалчивается на обвинения в пособничестве революционным движениям! Нуарисский банк Эда Лоу объявил себя банкротом! – мальчишка-продавец газет надрывался, выкрикивая новость за новостью. Последняя, между прочим, всколыхнула немало народа – видимо, не мало купцов держали там свои денежки.

Ей надо было отправиться на встречу с купцом, иначе как еще заполучить кинжал? Но ведь не таскать же за собой рабыню – мало ли, что там на той встрече может приключиться? После того, что случилось в гостинице, она хотела быть предельно осторожной.

Сейчас девчонка – одно из главнейших звеньев цепи. Стоит ее убрать – и вот они вместе с джинном уже в ловушке Песочника без возможности бежать. А уж как тогда изойдет словесным ядом Ка – и вовсе представить трудно. Наверняка будет зудеть над ухом до самой смерти.

От караванщиков, вот-вот собирающихся отправиться в путь, не было прохода. Внимание Джаллин привлекла довольно необычная парочка – ну где еще можно увидеть коренного урсийца на пару с огромным шадиссцем?

- Почему ты обратилась именно к ним? Почему не к тюрбостанской торговой компании? Почему не к Ахмадиджаху? Думаешь, они не знают, где находится Урсия?

- Они поведут караваны другой стороной, через ущелья – в Урсию, но совсем в противоположную сторону от Нашаля.

Поэтому мой выбор – малый караван.

- Допустим – не унимался джинн – Но почему этих двух? Почему не других? Других тут мало, да? Мало?

- Подумай сам. Ты же прекрасно слышал, что сказал этот, их глава каравана, Тарас вроде бы… он знает другую дорогу.

Не через ущелье, а через горный хребет. Песочник будет думать, что мы идем в Нашаль, а к тому моменту, как мы повернем в сторону Урсии, я уже проведу ритуал и мы оба будем свободны.

Джаллин, после того, как побывала на ковре у Песочника, успела собрать сумки и все необходимое для себя и своей рабыни. Старик долго расспрашивал ее о обстоятельствах нападения, о чем-то призадумался, а потом отпустил – подготавливаться к походу дальше.

Теперь же таскать сумки за собой не было никакой надобности, а оставлять их где-то в гостинице – опасно. А потому, вместе с рабыней, она попросила их приглядеть и за ее сумками. Ка рвал и метал, рассказывая ей страшные истории о жадности караванщиков. Мол, придет она завтра сюда с кинжалом поутру, а тут уже тю-тю – убежали в пустыню и след простыл, ищи свищи. Не признать правоту его слов было сложно.

Но с другой стороны – этот караван теперь уже меченый.