Легенда пустынь

А если поторопиться – то можно будет нагнать недавно прошедший тут караван и присоединиться к нему.

Хасс часто прислушивался к советам, говорил свое мнение Тарасу – а тот уже принимал решение, как поступить. На этот раз все зависело от женщины, которую они взялись сопровождать. Обычно они не нанимались в сопроводители, но им обещали хорошие деньги.

Парочка ему не нравилась. Странная женщина, что таскает за собой, будто на привязи, маленькую девочку рабыню. Зачем вообще могут быть нужны маленькие девочки рабыни? Он чувствовал, что от них стоит ждать только одного – целого вороха неприятностей.

В конце концов, кто же будет платить такие деньги за простое сопровождение?

Приходила ему в голову и иная мысль – что, если они попросту задушат заказчицу, бросят девчонку в пустыне, да дадут деру? Никто ведь никогда не узнает. Но тут же отрицательно мотал головой, прогоняя столь опасные мысли – как это никто не увидит? А как же пустынный странник? Этот-то точно за всем смотрит, каждую мелочь примечает, за твоими действиями следит.

Что ни говори, а был у пустыни свой надсмотрщик, чтобы караванщики вели себя по-людски и не бросали друг друга на съеденье стервятникам или гиенам.

Но больше всего мужчине не нравилась девчонка. Хасса не то чтобы был детоненавистником, но, чего греха таить, они больше раздражали его, чем радовали. Ему не нравились эти кричащие, шумные, излишне говорливые и любопытные малыши. Они умело разрушали то, что ему было необходимо – тишину.

Но с этой – особый разговор. Он словно видел на ней какую-то печать, обещающую одни лишь только бедствия на их и без того не слишком удачливые головы. Он с удивлением внимал зову пустыни – будто девочка опасна, что пустыне больно и малышка должна как можно скорее уйти отсюда.

Что же сказать о Джаллин – она не нравилась шадиссцу тем, что смела носить мужскую одежду. Ин’алл, ему было все равно, на кого она работает и кому служит – женщина должна знать свое место и никогда не претендовать на нечто большее! Почему Ин’алл до сих пор не поразил ее своей божественной яростью, почему не наказывает богохульницу и предательницу божьих законов? По его скромному мнению, молния среди ясного неба должна была вот-вот рухнуть на голову грешницы.

Мир изменился, изменились люди, изменилась вера. Все течет, все меняется – а ему хотелось, чтобы все было как прежде. Треклятые тюрбостанцы – вот кто повинен во всех нынешних проблемах.