Легенда пустынь

Лум принял облик призрачного пса, нечто похожее на проклятие пустыни, а Зин предпочел гордо парить на крыльях теневого орла.

Заклинатель успел выкрикнуть нечто непонятное, и вот уже на их пути возник куда больший и могучий джинн. Облаком черной массы, словно состоял из одной тьмы, он навис над своими более младшими собратьями, но те и не подумали отступить. Уж лучше получить взбучку от себе подобного, чем потом гореть от заклинательских знаков Песочника.

Что есть мочи, заорал Хасс, раненный со спины.

Кинжал вошел ему в предплечье, но здоровяк сумел ухватить воина тени за руку, и хорошенько шмякнуть им о песок. Тот, не теряя лишнего времени, быстро пришел в себя, вновь растворился в воздухе. Тарас, наконец, вновь оказался на ногах, схватил за ремешок магострел, подтянул к себе – и только сейчас заметил улегшуюся прямо на песок девочку, отрицательно качающую головой, сжавшуюся в позе эмбриона. Схватив малышку за шкирку и воспользовавшись моментом, что в общей потасовке на него никто не обращает внимания, он зашвырнул ее обратно в шатер.

То, что он увидел, когда обернулся, не поддавалось никакому логическому объяснению. Призрачный пес, не иначе сюда еще и проклятие пустыни принесло, вместе с чем-то напоминающем птицы, что есть силы обрушивались на своеобразное облако тьмы. Якобы родной брат эльфийки ловко уходил от очередного выстрела Джаллин, Хасс пытался взять верх над то и дело исчезающим противником. Получалось у него скверно.

Джаллин и не заметила, как заклинатель оказался почти вплотную к ней, но, размахнувшись, попыталась ударить его рукоятью пистолета в лоб. Получилось – мужчина зашатался, попятился назад, рухнул в песок, но успел что-то прошептать прежде, чем прозвучал выстрел. Пуля звонко отскочила от образовавшегося над ее противником щита. Заклинатель стискивал жезл, отбросил то, что до этого держал во второй руке. Осколки защитного амулета быстро потонули в золотистом песке.

Лум рвал сущность своего противника на части, отскакивая в сторону от его неловких, но мощных ударов. Один раз он уже приложился по спине джинна и тот понял, что второго удара, верно, не выдержит. Его собрат в образе птицы рвал когтями и пытался поглощать сущность облакоподобного, но тот отмахивался сгустками тьмы. Лум извернулся, отскочив в сторону от только что бухнувшего теневого кулака, рванул на себя еще кусок сущности джинна.