Столкновение миров

Подземельцы тем временем, громко разговаривая, двинулись вглубь горы. У Риньша был выбор уходить дальше по туннелю, рискуя быть пойманным, или двигаться на нижние этажи, где творилось что-то нехорошее.

Немного подумав, он предпочёл второй вариант и двинулся к лестнице, закрыв за собой дверь, чтобы не шуметь. Оказавшись в коридоре, он быстрым шагом добрался до лестницы и стал спускаться по ней. Риньш боялся, что она окажется шумной, но металл ступеней, толи оказался так толст, толи так крепко закреплён в стене шахты, что звуки оказались достаточно тихими.

Ноша, казавшаяся вначале совсем лёгкой, стала всё более тяготить его. Он спускался не менее получаса, когда оказался на следующей площадке.

Шахта уходила вниз в темноту, ступени дальше обрывались, вывороченные из стены неизвестной силой. С площадки вёл ещё один коридор. Из него несло дымом и палёным мясом. Риньшу меньше всего хотелось идти туда, но деваться было больше просто некуда, и он двинулся по проходу. Он прошёл его до самого конца и обнаружил, что выход перегораживали две, криво прикреплённые крест-накрест, металлические полосы.

Риньш со всей силы толкнул их плечом, но они держались крепко. Тогда он ощупал остающееся между ними пространство: слева дыра оказалась достаточной, чтобы пролезть сквозь неё. Но для начала требовалось просунуть сквозь неё старика, не убив его. Тот был намного худее Риньша и смог бы пролезть и снизу. Риньш попытался пропихнуть его под преграду, но связанные за спиной руки мешали. Пришлось развязать их.

Освобождённый старик стал вяло рыпаться и опять застрял.

Риньш скинул с себя рюкзак, жилет и куртку, оставшись в одной нижней рубашке. Вещи он просунул в дыру, бросив их с другой стороны на пол. Потом положил на них жилет и винтовку. И только потом двинулся сам. Края полос были оплавлены и Риньш не сильно ободрался, пробираясь между ними, впрочем, по ходу он пару раз застрял и лишь чудом всё же пролез. Последний раз, высвобождаясь, он крайне неудачно повернулся и полетел на пол туннеля, зацепившись за край левой ступней.

Щиколотку рвануло болью. Видимо, он повредил связки. Парень пролежал, около четверти часа, пока боль хоть немного ослабла.

Здесь невыносимо воняло дымом и горелой плотью. По ту сторону полос обнаружился всё такой же широкий почти тёмный туннель, освещённый редкими смоляными лампами. В нескольких шагах стояла скорострельная пушка западян. Справа и слева от неё громоздилась баррикада из всякого хлама.