Восход. Солнцев. Книга II

— Да? А кто убил Белкина за то, что он воровал? Я тебе что сказал? Подожди, все решим. Так тебе мало моего слова, сам пошел к нему и выбил признание, которое столько шуму наделало…

— Я не убивал, — глухим голосом и с опущенной головой сказал Самсон. — Это…

— Хватит! — поднял руку Весемир. — Знаю! Все знаю, поэтому ты еще и жив. Послушал бы меня — остался капитаном. Ладно… — растянул Трутень — Пойдем. Мне еще обходить всех участников битвы.

— До сих пор никому не доверяешь? — спросил Самсон с издевкой.

— Конечно, — оскалился подполковник.

— Поэтому еще живу и буду жить. Хочешь, чтобы сделали хорошо, — сделай сам или проконтролируй. Сколько раз я уже тебе это говорил?

— Много! — грустно заметил сержант.

***

Вот суки! Остановил мыслепоток, потому что запутался еще больше. Что происходит, почему и кто за всем стоит? Просто слушал дальше. В какой-то момент наклонился чуть сильнее к двери и задел бутылку со снотворным.

Мужики замолчали, и я бесшумно переместился в душевую. Самсон вышел и прошагал по казарме.

А потом, когда вернулся, то оставил небольшую щель в двери.

— Буду должен, — сказал я одними губами.

Сержант понял, что я подслушиваю, и позволил это продолжить делать, даже помог. Зачем? Какие его мотивы? Остановил накатившее желание разобраться в том, что происходит. Слушал дальше. Пока я понял, что Трутень — охренеть, какая важная шишка, и тут он не просто так. У него не одно дно мотивов и целей.

Самсон даже начал специально переспрашивать его, чтобы я уловил больше информации.

Вот только что мне с ней делать? Если они как-то хотят, чтобы мы забыли сегодняшнюю битву, как и я этот разговор.

Трутень встал. Сказал, что лично проконтролирует «процесс изменения памяти». Вариантов избежать нет. Как же сохранить все, что я увидел и услышал? Они переместились к двери. Я на цыпочках — обратно на раскладушку.

Не подумал, что для меня станет настоящем испытанием залезть и не издать ни единого звука, когда времени в обрез.

— Получилось! — выдохнул я с закрытыми глазами и укрылся с головой.

Лежал и думал, что сделать. Голос бога… Не работает. Что они конкретно будут делать, я не знаю. Ситуация — лучше и не придумаешь. Может, нам уже меняли память? Меня охватила паранойя. Убедился, что полностью доверять я не могу никому. Даже после «помощи» сержанта.

Открылась дверь в комнату девушек. Стал считать про себя. Спустя минуту они вышли, и начался обход нашей казармы. Через опущенные веки видел вспышки света. Мужики делали все молча.