Магия мёртвых

Он что-то шептал, повторял одну и ту же фразу, то плавно и напевно, то резко и настойчиво, придавая голосу разные тональности.

- Ты колдун? – колючее тепло доползло до лица, мурашками защипало щёки, притронулось к глазам. Вик выдохнул, его взгляд быстро прояснялся. 

- Я лекарь, - гордо ответил подросток. 

- Ты идиот, ты ставни закрыл, прежде чем лечить? 

 Парень охнул и мгновенно вскочил, послышался торопливый топот ног, потом испуганные вскрики и грохот ставень. 

 Вик осторожно пошевелил рукой, обнаружил, что может двигаться, приподнялся и привалился спиной к стене.

Сидя было лучше наблюдать, как мечутся по комнатам дети, пытаясь до конца сделать дом безопасным.

  Он криво усмехнулся, до сих пор у него совершенно не было времени даже задуматься о том в какую историю он опять влип. Да и сейчас происходившие события особым временем на это не располагали. Наиболее сильное беспокойство, кроме топтавшихся за стенами дома мертвецов, вызывал только что произошедший с ним приступ слабости.

Раны были не настолько серьёзными, чтобы беспомощно валиться с ног. 

 Он ещё больше разорвал рукав, пытаясь разглядеть покусанную руку. Часть кожи была довольно глубоко срезана мечом, но кое-где оставались рваные края - посиневшие края, а дальше по предплечью расползались такие же синие пятна. Кровь уже не бежала, её остановил лекарь, но регенерация и не думала начинаться. Вик невольно прикусил губу,  оставалось чувство, что в ране засело что-то колючее.

Он глубоко вздохнул, осторожно прикоснулся к разодранному месту на руке и сразу почувствовал под пальцами нечто твёрдое. Ему с трудом удалось сдержать крик и даже стон пока он это твёрдое выковыривал из раны. Кровотечение сразу возобновилось, но вскоре на его окровавленной ладони лежали два гнилых коричневых зуба. 

- Гадость какая, - к горлу сразу подступила тошнота. – Так и заразиться чем-нибудь можно. 

 Он стряхнул зубы на пол и начал вставать на ноги, очень хотелось промыть рану и желательно не просто водой.

Взгляд наткнулся на умывальник, вистолец как только мог быстро до него добрёл, смыл кровь и, за неимением ничего другого, долго поливал водой на предплечье. Потом обвязал рану полотенцем и оценивающе огляделся. 

 Дети уже справились со своей задачей и теперь стояли рядом с находившейся без сознания женщиной. В доме стало полутемно, свет пробивался сквозь узкие щели, видневшиеся между ставень.