Седьмая Луна. Декамерон 4

Как-то так он сказал, – поделилась девушка.

«Ну и бредятина!»

Разговор, считал Альдред, себя исчерпал. Да и он, изнуренный минувшим днем, начинал зевать. Флэй поджал губы, заглушая спазм, а после рассудил:

– Значит, и беспокоиться не о чем. Давай ложиться. Кто знает, что нас там ждет, в их Институте этом…

– Альдред, но мне страшно, – пожаловалась Бенеке, глядя на него, как беспомощный щеночек.

Капрал отчаялся на крайние меры. Ухватил ее за рукав. Проникновенно посмотрел в глаза. Девчушка опешила, обуреваемая пестротой эмоций.

Сколько себя помнила, до нее редко дотрагивались. Всячески пытались этого не делать.

Петефи – и тот держал при себе руки. Мужчина вообще впервые до нее дотронулся… вот так.

Внутри неё что-то закрутилось.

Её сердце стало бешено биться. Кровь забежала быстрее.

– Ингрид, я тут понял кое-что. Знаешь, порой своим страхам нужно посмотреть прямо в глаза…

Телохранитель и протеже поговорили еще некоторое время. Ренегат все же сумел успокоить блондинку, и они легли спать.

Лишь когда оба новичка перестали ворочаться, прикрыл глаза и Вальдес.

Вестанец слышал их разговор от начала и до конца, мучимый хронической бессонницей. Ничего из услышанного не пришлось ему в новинку. Так или иначе, до сих пор капитан не мог свыкнуться с осознанием: в их группе затесался Киаф.

Глава 38. Кампус

Контраст вызвал у Альдреда кривую усмешку.

Вчерашние тучи обрекли всю зеленую зону на мучительную, неотвратимую погибель.

Сегодня же, глядя с акведука в небо, ренегат не видел ни облачка.

Благодать.

Небесное светило прогнало с улиц гулей, наказав ждать сумерек. Хотя после вчерашнего навряд ли тварям осталось, чем поживиться в Саргузах. Кто бы знал, сколько точно ютится выживших в Мёртвом Городе. Ясно одно: живым здесь больше не место.

Людей, что заблаговременно поняли это и сумели выбраться, уже давно и след простыл. Альдред же оказался в числе отстававших. Корабль в светлое завтра вот-вот должен был отчалить с концами.

И могло статься так, что без него.

Тишина стояла поистине умиротворяющая. Как если бы Чёрный Мор никогда не собирал кровавый урожай в Ларданах. Словно столица попросту вымерла сама по себе, брошенная лежать в руинах.

Эдакое живое напоминание о том, что любой золотой век однажды кончится.

День обещал быть ясным на всем протяжении, но кто мог сказать наверняка, что уготовит погода этим вечером? Сезон дождей никто не отменял.