Малыш и Буйвол

Казалось - людей здесь выкосила какая-то болезнь, а те немногие, кто остался в живых, бросив все, бежали.

Рыжий Артип долго бродил по площади, отыскивая для себя подходящее местечко. Остановился рядом со свежевыстроенной виселицей, осмотрелся. Отошел в сторону. Присел на корточках возле покосившейся стены какого-то склада, широко повел руками, словно уже приглашал желающих вступить в игру, - примерился.

Место хорошее - не в самой давке, но на ходу, на виду.

Он в груде мусора отыскал кусок грязной ткани, расстелил на земле.

Потом притащил большой ящик, положил на него широкую доску, соорудив подобие стола. Скрестив ноги, сел на тряпку, оперся спиной о стену. Прикрыл глаза и чутко задремал.

Город потихоньку просыпался. Был праздничный день, и люди не спешили вылезать из постелей. Мужья обнимали жен, дети прижимали к себе мягкие игрушки, пробудившиеся старики просто бездумно смотрели в потолок.

На улицах гремели колесами повозки, раздавались редкие сердитые окрики - это чужаки шли по городу. Люди из окрестных сел и деревень собирались на ярмарку.

Кто-то намеревался торговать и торопился, чтобы занять место получше. Другие думали что-нибудь прикупить и тоже торопились, зная, что первым покупателям положена скидка.

А горожане не спешили. Они нежились в постелях, слушая, как шумят под окнами пришельцы.

Шипели гусаки, крякали утки, кудахтали куры - это крестьяне везли в больших корзинах связанных попарно птиц.

Звенел, бряцал металл - ремесленники из пригорода тащили за собой двухколесные повозки, нагруженные разной утварью, оружием, доспехами, украшениями.

Сухо перестукиваясь, ударяясь в борта, катались в телегах незакрепленные бочонки с вином и пивом.

Тонко, чуть слышно позванивали на возах драгоценные изделия из стекла...

Шум наполнял улицы. Крепли, множились людские голоса. Смех и ругань звучали все громче.

Пришлые люди торопились на ярмарку.

Рыжий Артип слышал все, что творится вокруг. Он дремал, но не терял связи с действительностью.

Когда поднявшееся солнце осветило его лицо, он открыл один глаз.

Площадь переменилась, ожила. Всюду сновали люди. Лотки были завалены грудами товаров. Те, кому не хватило прилавков, торговали прямо с возов. Покупателей пока было немного. Зевак еще меньше. Слишком рано - горожане не встали, а люди из дальних селений еще не подъехали.

Рыжий Артип зевнул, протер глаза. Встав, потянулся, отряхнул одежду, заправился, подпоясался потуже. Вспомнил о помятом лице, о синяках и ссадинах, пожалел, что нет пудры.