Малыш и Буйвол

Разряженные ювелиры, опасаясь воров, держались особняком, нахваливали свои драгоценные изделия, бряцали золотом и серебром, пускали солнечные зайчики в глаза прохожим. Рядом мастеровые люди предлагали украшения для людей попроще - перстни из латуни, бусы из стекла, медные, разукрашенные цветной эмалью браслеты. Громогласные монахи продавали разнообразные обереги и талисманы, не забывая прославлять своих богов. Прямо на земле, рискуя быть затоптанными, сидели нищие побирушки, тянули дрожащие руки к прохожим, старались заглянуть им в глаза, чтобы пробудить участие и жалость.

И без того тесные городские улицы оказались запружены. Всюду стояли повозки приезжих. Лошади, непривычные к такой сутолоке и тесноте, испуганно фыркали, закатывали глаза, скалили зубы. Горожане недовольно ворчали, перелезая через загородившие дорогу телеги, зло ругались, вступив в кучу свежего навоза.

Но никто не собирался отсиживаться дома. Люди спешили на ярмарку.

В полдень должно было состояться главное событие - ежегодная публичная казнь преступников.

Рыжий Артип был доволен. Он уже заработал столько, сколько обычно не зарабатывал и за целый месяц. А ведь день еще только начался.

Полная площадь ротозеев! Целый город!

Он окликнул пробегающую мимо молодую девчушку, продающую пирожки:

- Почем?

Девушка остановилась, посмотрела на него, словно оценивала его покупательские способности.

- С луком - два за медяк. С мясом - два медяка за один.

- А хорошее-ли мясо?

- Говядина. Совсем свежая. Не какие-нибудь потроха. Два дня назад теленка забили.

- Давай три с мясом... - Артип отсчитал шесть монет, протянул девушке. Та подошла осторожно, бочком, словно боялась его. Взяла деньги, убрала в глубокий карман, нашитый на засаленном фартуке. Откинула крышку корзины, достала три больших пирога, отдала покупателю, и, не задерживаясь больше ни на секунду, исчезла в толпе.

Артип проводил ее взглядом. Впился зубами в зажаристый, еще теплый пирог. Тотчас заворчал пробудившийся желудок, вязкая слюна наполнила рот. Артип зажмурился, блаженствуя - пироги были невообразимо вкусны.

- Приятного аппетита, - пожелал кто-то.

Артип, перестав жевать, открыл глаза. Он не любил, когда с ним заговаривали первым.

- Играешь? - спросил незнакомец. Выглядел он молодо. Одет был просто, неброско.