Дипломатия наемника

Правда, все знали о крутом нраве Та-Ча-Ны, поэтому слишком откровенно кокетничать никто не решился.

Пока Курдула отсыпала в мешочек полфунта соли, шойзель успел походить по двору и присмотреться к лопатам, которыми мы убирали снег. Их так никто и не убирал, потому что скоро опять придется чистить двор. Вон, тучка сгущается, сюда ползет, явно притащит в своем пузике новую порцию снега.

— Маловаты и коротковаты, — безапелляционно заявил шойзель. Ну, еще бы. Деревянные заступы, окованные железом, делались по руке человека, а не по его лапище.

— Скажи, какая лопата нужна, тебе изладят, — пообещал я, забирая из рук Курдулы соль и передавая ее шойзелю.

— Я лучше сам сделаю, — пренебрежительно отмахнулся Дыр-Тыр, осторожно убирая «лекарство» за свой кожаный передник. — Тока скажи своим людям, чтобы доски принесли, да все прочее. Инструменты не надо, свои есть.

Шойзель убежал лечить зубы любимой супруге, а я, отдав приказ, чтобы Томас приготовил все нужное для изготовления лопат под лапу «мостоблюстителя», ушел обедать.

Снег снегом, но о брюхе забывать тоже нельзя.

Кэйт, ковыряя вилкой в своей тарелке, спросила:

— А шойзель не может нам всю дорогу откопать?

— В каком смысле всю? — не понял я.

— Н-ну, сначала до Урштадта, а потом до моего поместья.

Я только пожал плечами. До Урштадта, это еще ладно, тут мили три. А вот до поместья Выксберг, где пейзане моей баронессы добывают свинец, от города десять миль, если не больше. Пока шойзель чистит дорогу, скорее всего, нагрянет оттепель или сами пейзане утопчут дороги.

Да и снег над свинцовыми залежами они сами расчистят, потому что терять деньги не хочет не только Кэйтрин, но и сами добытчики.

Но кажется, Кэйт и сама прикинула огромный объем работы. У нас на это медяков не хватит, а серебро шойзели не берут. Супруга покивала, а потом изрекла:

— А вообще — правильно поступил, что шойзеля на помощь позвал.

Прозвучало так, словно жена отметила — мол, в кои-то веки на мужа снизошла дельная мысль. Ну ладно, обижаться не стану.

Кэйт права. В хозяйственных делах я не шибко разбираюсь. Но если бы разбирался, то за каким тоффелем я бы женился?

В обеденный зал влетела одна из горничных и сразу же завопила:

— Ваше сиятельство, там шойзель пришел, со своей шойзелихой. Ой, что будет!

Мне стало немного смешно. Уже наслышан, как в мое отсутствие Та-Ча-На приходила к местным девкам с разборками — дескать, станете на моего супруга заглядываться, то волосы вам вырву и все остальное в придачу.