Шелет

Следовало, наверное, испугаться, но зелье не позволяло юноше испытывать отрицательные эмоции. Поэтому он только улыбнулся и начал напевать прилипчивую мелодию про «конфетный вкус».

Мертвец, орудуя грубо сработанным тесаком, перерезал верёвки, что удерживали Романа. Когда последняя лопнула, юноша едва не упал, внезапно лишившись поддержки. Благо, Мейслер не дремал и подхватил ослабевшего юношу. Подержал лысый его недолго, отдав в крепкие руки зомби. Мертвяк схватил Романа и, взвалив на плечо, потащил к дальней стене.

Там, орудуя не самыми ловкими пальцами, начал заковывать юношу в кандалы. Роман, пребывая всё в той же эйфории, без всякого страха наблюдал за этим. Правда, проснувшийся интерес заставил открыть рот и спросить:

— Зачем это? Я же вроде как не собираюсь убегать.

— Так надо, — мягко отозвался Мейснер, возясь у стены с камином.

Там, незамеченной ранее юношей нише находились какие-то рычаги и вентили. Лысый доктор орудовал ими, явно готовясь к непонятному «Обращению».

Это слово, которое Роман обмусоливал в сознании, обещало щекочущее нервы приключение. Признаться, юноша с нетерпением ожидал, пока оно начнётся. Почему-то казалось, что после него жизнь у него изменится. И изменится к лучшему.

Мейслер с усилием тянул один из рычагов. Послышался лязг, грохот, шум льющейся воды, а затем всё это сменилось мерным шумом. Судя по всему, включился невидимый механизм. Юноша с интересом вертел головой, не переживая по поводу того, что оказался прикован к стене.

Через минуту лысый подошёл к нему и внимательно осмотрел с ног до головы. Удивительно, но только сейчас Роман сообразил, что всё ещё находится в своей земной одежде. Куртка, джинсы — ничего не пропало.

— Может, мне раздеться надо? Мало ли чего…

Мейслер на секунду задумался, а затем помотал головой.

— Нет. Не надо. Одежда не помешает. А вот…

Он вернулся к столу, где варил зелье, покопался там, а потом вернулся, держа в руках странную штуку. Правда, на этот раз Роман быстро сообразил, что это такое.

Кляп с ремнём. Такой продают во всяких там магазинах для извращенцев. Чтобы нельзя было выплюнуть, даже если захочешь.

— Мне не надо. Я не по этой части…

— Чего? Опять ты про свой мир… Открывай рот пошире, а то ещё зубы поломаешь. Бывали случаи, знаешь ли.

Несмотря на некоторое внутреннее недовольство, возражать и сопротивляться юноша не стал. Выпитое зелье сделало его крайне послушным и податливым чужой воле.