Шелет

Пусть девица сама разбирается со своими проблемами. Тем более, что от вурдалаков больше опасности нет.

«Не жалко будет, если она от чего другого сдохнет? Столько усилий, жизнью рисковал, в каком-то смысле. Мы в ответе за тех, кого приручили…»

Последняя мысль была дурацкой. Однако, оставлять спасённую на волю случая не хотелось. На самом деле, если бы Роману была свойственна рефлексия, он бы давно понял, что спас девицу только ради того, чтобы обрести в её лице хоть какого-то друга. Приятеля, на худой конец. Блуждания в одиночестве изрядно поднадоели.

И даже окончательная смерть перестала казаться ему таким уж страшным явлением.

Убедившись, что внешний вид более-менее соответствует нормальному, Рома направился к склепу. К сожалению, объяснить словами перепуганной «принцессе», что именно произошло, было невозможно. Оставалось надеяться, что язык жестов и миролюбивое поведение позволят донести до неё хотя бы основной смысл случившегося.

Он остановился в шаге от двери. Мысль о том, чтобы постучать, мелькнула и пропала.

Не стоит пугать девицу ещё больше. Пусть проявит присущее прекрасному полу любопытство, а там уж можно будет действовать по обстоятельствам.

План сработал как нельзя лучше. По крайней мере, через несколько минут стояния под всё никак не желавшем прекращаться дождём, в темноте пролома мелькнул отблеск. Похоже, девица осмелела, не слыша больше вурдалака и решила выглянуть наружу. Что ж, теперь остаётся надеяться, что от страха она ещё не полностью голову потеряла.

Роман представил ситуацию со стороны.

Девчонка едва не умерла от ужаса, спасаясь от вурдалака. Тот пропал, а теперь снаружи стоит незнакомец в рваном балахоне и молчит. Жутковатое зрелище, конечно. Но ничего лучшего Рома придумать не мог. Нет у него под рукой плаката и карандашей, чтобы написать табличку «Выходи, я не кусаюсь!»

— Эй, ты кто? — послышался тонкий голосок.

Спасённая, похоже, приходила в себя и попыталась вступить в контакт со странным незнакомцем. Роман продолжал стоять, не двигаясь.

Ещё минута прошла в молчании. Затем снова послышался девичий голосок:

— Слышишь меня? Чего молчишь?

Пауза. Шелест падающих с неба капель воды. Роман терпеливо ждал. Что поделать, без собственного голоса приходится полагаться на язык всем понятных жестов и сообразительность собеседника. Слава богам, последняя черта для девчонки всё же была характерна. Потому как следующий вопрос попал прямо в точку:

— Говорить не можешь? Немой?

Наконец-то! Роман медленно кивнул.