Книга 8. Пожиратель Драконов. Часть 2

- Каким образом в Аномалии могут содержаться подобные знания? И чем может быть опасна Аномалия, которую, скажем так, рассекретили?

- Хорошие вопросы, - улыбнулся Эдмун. - И, на самом деле, ответ на них будет примерно один. По сути, без учёта оболочки, имитирующей какие-то реальные объекты, Аномалии – это, выражаясь научным языком, единичные феномены конденсированных концепций.

По-простому – это что-то наподобие шаровых молний, в которых вместо электричества может быть почти что угодно от огня до яда и от иллюзий до безумной одержимости убийствами.

Когда Аномалии переходят из спокойного в возбуждённое состояние, они начинают бесконтрольно излучать в окружающее пространство своё содержимое, и это может быть очень опасно даже для сильнейших магов. Однако, если поймать их, то можно попытаться добраться до сути концепций, которые они представляют, и очень часто это – что-то как минимум необычное.

- Понятно… - протянул я. - Одновременно опасность и возможность.

- Вероятно, как и всегда, - усмехнувшись, пожал плечами Эдмун.

- Точно. Ладно, спасибо за рассказ. А теперь, если в моей личности больше нет сомнений, то я бы хотел вернуться к себе и отдохнуть. Гонка против стаи драконов была выматывающей.

- Да, конечно.

В каюте был полный бардак. Большая мебель была прибита к полу, так что осталась на своих местах, а вот остальное: матрас, содержимое полок шкафа и сами полки, стулья, тренировочный инвентарь, посуда, разложенные на столе бумаги и тетради для записей – всё было разбросано по полу.

Ну, и не удивительно.

Корабль падал, вращаясь во всех направлениях, так что подобный хаос был ожидаем. Скорее я был удивлён тому, что они сумели так быстро всё восстановить в коридорах.

Убираться пока что было лень, я правда очень устал. Перерождение в форме дракона может и подняло мои силы на новый уровень, но сам процесс и испытанная во время него боль отняли слишком много сил, как физических так и ментальных.

Так что единственное, что я сделал – это вернул матрас обратно на раму кровати и плюхнулся на него.

Взгляд упёрся в потолок.

Аномалии. Новая неведомая угроза, с которой, памятуя о моей удаче, я наверняка столкнусь в Облачном Храме.

Как там Эдмун их назвал? “Единичные феномены конденсированных концепций”?

С одной стороны это было чем-то совсем странным. Некая неизвестная сила, способная притворяться не только камнями или животными, но даже людьми, на деле являющаяся сгустком природных явлений.

С другой стороны это звучало невероятно знакомо.