Первородный. Цена магии

Почему у одного из вас разбиты костяшки, а у другого — шишка на лбу?

— У нас был небольшой конфликт с теми двумя мужчинами, погибшими от лап вештицы, — принялся я объяснять, косясь на позеленевшего брата. — Мы этот конфликт уладили. И уже потом услышали их крики. Так что наша с ними стычка не имеет никакого отношения к их смерти. Поэтому со всем уважением попрошу вас не допытываться о причине конфликта. Она весьма пикантна. Тут замешана девушка.

— А-а-а, — протянул Николаев, покивав головой. — Значит, эти бедолаги просто оказались не в то время, и не в том месте?

— Что-то вроде того, капитан.

— Как их звали? И что вы ещё можете о них сказать?

— Один Ефим, другой — Геннадий. Второй был «грязным магом».

— Вот это уже интересные подробности! — обрадовался полицейский. — Предыдущие разы вештица тоже нападала на припозднившихся «грязных магов». Какой силой обладал этот Геннадий? Физик, стихийник или у него были иные способности? Может, животными управлял или ещё чем?

— Он владел магией огня, — ответил я и как бы между делом спросил, памятуя о том, что во мне вполне себе может плескаться палёная «синька»: — Господин капитан, а почему развелось так много «грязных магов»? Государство их выращивает на корм вештицам?

Николаев недовольно крякнул и сурово ответил:

— Государство борется с ними, но простолюдины у нас в Империи глупые или… слишком смелые.

Не знаю. По тому году Императрица указ издала, что, значится, теперь в тюрьму будут отправлять всех «грязных магов», независимо от того, как на них подействовала палёная «синька». Бывает же такое, что после её приёма человека минуют всякие побочные эффекты. Крайне редко, конечно, но бывает. Тем не менее даже таких счастливчиков велено бросать в темницы, чтобы другим неповадно было. После этого «грязных магов» стало меньше. А вы говорите, что их столько развелось. Не правы вы тут, сударь.

— Согласен, прощу прощения, — изобразил я виноватую улыбку, внутренне вздрогнув.

Оказывается, «грязных» ждёт прекрасный вид на тюремный двор и бесплатное трёхразовое питание.

Меня такие условия совсем не прельщают.

— Чего уж там, — примирительно выдал полицейский, опасливо покосившись на Владимира.

У того уже щёки надулись. Если он откроет рот, то точно заблюёт половину улицы.

— Какие-то ещё вопросы, сударь? — торопливо спросил я, заломив бровь.

— Нет. Благодарю за сотрудничество. Больше не смею вас задерживать, — сказал Николаев и протянул мне ладонь для рукопожатия.