Бесконечность: Начало

- Сейчас бы в него окунуться… - мечтательно протянул я, стоя на берегу.

- Так чего ждешь? Обещаю не подглядывать, – ответила девочка, склонив голову набок и приподняв брови. А потом, как ни в чем не бывало, зашагала наверх, к дороге.

Поначалу холод воды сковывал, словно сонный приступ, но вскоре это прошло и я, проплыв почти на середину, перевернулся на спину, расслабился и закрыл глаза. Тело, став невесомым, медленно покачивалось, убаюкивая посторонние мысли. Этот покой уносил меня вдаль, к самым вершинам Сияющих Пиков.

Все вокруг, каждое дуновение ветерка, малейший, струящийся со дна поток, даже сами мысли о заснеженных высокогорьях обжигали льдом. «Наверное, в объятьях Катарины я бы чувствовал себя так же», - промелькнуло в голове. От этой мысли меня вдруг передернуло и я, изрядно нахлебавшись воды, вынырнул и осмотрелся. «Повозки отсюда даже близко не видно. Значит, и меня им тоже. Но задерживаться тут не стоит. Поймать от холода судорогу и утонуть в этой луже – не самая героическая смерть»

Одевшись, я уже собрался подниматься наверх, как вдруг услышал тихий, почти воздушный голос Катарины.

Он доносился откуда-то с боку, и я решил идти на него. Наконец, я увидел ее. Девочка сидела все на том же склоне, но чуть дальше, и пела:

Под сенью облаков

Бегут по небесам

Лошадки наших снов

К далеким берегам…

Сквозь серость будних дней

Туда, где чудеса

Рождают средь морей

Волшебные ветра…

Где крылья Древних нас

Приносят в города

Средь сказочных террас

Из синего стекла…

И в изумрудной башне ты

Останешься мечтать,

Во власти вечной красоты

Научишься летать…

Солнце освещало её высокий лоб и тонкие, казалось, почти прозрачные брови.

А в бездонных глазах Катарины, устремленных в небо, словно отражались те самые парящие города с пылающими разноцветным сиянием башнями и сверкающими хрусталем мостами.

- Когда я была маленькая, папа пел мне ее перед сном, – сказала она, когда я опустился на траву рядом, – он говорил, что мама очень любила эту колыбельную. А я ее даже никогда не видела…

- Твой отец поет о Древних, будто верит в их возвращение, - я начал понемногу сдвигать тему.

Не хотел видеть слез на лице Катарины.

- Конечно! – девочка то и дело поправляла сбивающиеся ветром на лицо пряди волос, – это же они нас всему научили!

- Ты уверена в этом? Мы ведь не можем знать наверняка, – я поймал на мысли, что не могу оторвать взгляд от Тари. Волшебница… Мучительным стало осознание, что вся ее красота рано или поздно будет стерта действием кристаллов.