Бесконечность: Начало

И это высокий лоб, быть может, увенчается врощенными в него голубыми камнями. Простая корона подошла бы ей намного больше.

- В Рейрисии многие считают истории о них лишь легендами предков, приплывших из Колыбели. Но откуда тогда в Известном Мире все эти руины? Во времена Империи все было иначе. Потому что тогда живы еще были те, кто своими глазами видел их города.

- Что ж, может, Древние и вернутся. Может, и заберут вновь лучших из нас с собой. А пока хватает и других забот, согласна?

- Пожалуй, – ответила Катарина и улыбнулась, – еще у гномов погостить надо.

- Бесспорно. О, спросить хотел, давно еще, – я придвинулся чуть ближе к девочке, – не знаешь случайно, почему отец назвал тебя Катариной? Когда я впервые услышал это имя, оно показалось ближе других к моему прошлому.

- Знаю. В честь Катарины Крайт, героини Империи!

- Мятежницы, – поправил я, – конечно, борьба за свободу простого люда и права женщин были порывами прекрасными. Но она чуть не зарыла Империю в могилу задолго до того, как это сделало Крушение.

- Зато теперь все люди равны. А меня зовут Катариной.

- Так значит, за правое дело и убивать можно?

- Я такого не говорила!

- Но ведь толь…

- Забудь! – она смотрела на меня со всей возможной строгостью, но все равно не могла сдержать улыбку.

- Красивое имя, соглашусь. Но твой отец ему не слишком удачное сокращение придумал.

- У тебя есть что-то лучше, чем «Тари»?

- Хм… дай мне минутку, – в мыслях и впрямь что-то крутилось. В Рейрисии я никогда не встречал этого имени, но, может быть, раньше или где-то еще… Мозг скрипел и молил о пощаде, но, стоило мне подумать о том, чтобы оставить эту затею, он решился выдать ответ: - быть может, Катя?

- Как? Катя? Звучит очень… странно, – Катарина, удивленно приподняв брови, посмотрела на меня, – как будто я… какой-то котенок.

- Думаешь, мятежницу Крайт тоже сравнивали с котенком?

- Сильно сомневаюсь, хотя… ладно. Для тебя могу быть Катей. Но только, когда мы одни!

- Да я особо и не настаивал, – усмехнувшись, заметил я, – солнце уже высоко.

Лионар тем временем вместе с Зуком закусывал печеную картошку рыбой, не забывая упоминать, что к такому завтраку очень, очень не хватает кружечки холодного пива.

- А ты неплохо поешь. Даже хорошо, - обратился оружейник к  Катарине, как только мы подошли. Но в его голосе чувствовался какой-то подвох.

Подвох этот проявил себя, стоило нам только тронуться в путь, а Лионару и Тари – скрыться в кузове.