Путь силы. Первый пояс

Я использовал столько сил, сколько вмещала эта техника, разом оказавшись в трёх десятках шагов от врага.

Выигранные мгновения потратил на то, чтобы сорвать с пояса два фиала. Один раздавил над раной, другой выпил и тут же толкнул туман силы в запечатанный меридиан, снова уходя за спину приближавшемуся Маду. Вскинул левую ладонь, но оборвал технику, заставляя энергию рассеяться огнём по меридиану. Близко. Поспешил. Что толку от победы, если меня снесёт такой огромной тушей? Ещё один Рывок, выполненный Умножением.

Вдох — и я в четвёртый раз использую технику, наконец выигрывая себе расстояние для удара.

Средоточие. Исток. Меридиан и созвездие узлов. Вспышка голубого обращения. В последний момент я отправил в полёт не один, а пять Шипов и не прогадал, беря так широко. Мад ушёл от всех, кроме крайнего, заполучив разодранную лапу. Рана за рану.

Меридианы Рывка распечатались, и я снова использую эту технику, оказываясь на загривке Зверя. Древко под шею, ухватить его правой рукой и сгибом колена.

Левую руку вперёд.

И вот здесь я впервые понял, зачем Маду такие огромные и странные костяные клинки на лапах, словно он всю жизнь готовился именно к этой битве. Вместо того, чтобы упасть, пытаясь раздавить меня, он ударил именно ими. Впрочем, я приземлился ему на спину, уже зная об опасности и толкнув из средоточия силу в момент её пика. Только с её источником ошибся, ожидая от Зверя другого. Первых два жутких по силе удара я выдержал. А потом Ледяной Шип пробил череп Маду.

Когда я поднялся на ноги, Мириот стоял уже в десяти шагах от меня, и голос его просто сочился недовольством:

— Ты сражался не в полную силу.

Игрался, действуя нам на нервы и проверяя, как на него действуют твои техники.

Я пожал плечами, сдержав улыбку:

— Не только же вам получать удовольствие от представления.

— А о своей семье ты подумал?

Я невольно оглянулся на кусты, но оправдываться и не думал:

— Я просил держать их подальше отсюда!

— Они не пленники, а те, кого мы должны защищать.

С чего бы мне мешать безобидным желаниям?

Но я уже видел, что в зарослях нет мамы с Лейлой на руках, и ухмыльнулся:

— Ничья.

Мириот покачал головой:

— Гунир описывал тебя другим.

— Наверно, пытался выставить своего первого брата умней и серьёзней, чем я есть на самом деле.

— Возможно. А ещё он говорил, что ты чураешься азарта.

В действительности это тоже ложь. Уж искателю на самом деле нужно быть безголовым, но даже мне это стало очевидно только недавно.