Прокачаться до сотки 2

Откуда бедной локисе знать, что такое суровая мужская дружба?

И вот тут-то и пришла очередь Пумы. Мажор и Лаки, выбравшись из кучи-малы, радостно оскалившись и раскинул руки, бросились к ней:

— Ритка!

— Иди сюда, расцелую, — вторит Сашке Егор.

— Только если муж позволит, — девушка со смехом уворачивается и прячется за спину Тихони, который успел встать на ноги.

— Ты вышла замуж? — парни замирают в дурацких позах, вроде как их на ходу разбил паралич. Вообще это нормальное явление. Ага. В нашей компании вообще с адекватными людьми проблема.

— Да, — ехидно улыбается Ритка, при этом выглядывая из-за спины мужа, и некультурно тыкая пальцем на него.

— За Тихоню? — отмерев, парни переглядываются и разом выдают: — Ну ты даёшь!

Мажор, подмигивает Тихоне:

— Витёк, так как, насчёт, расцеловать твою жену?

— Э-э-э?.. — Витька неожиданно зависает, от такого предложения.

— Короче разрешил, — выносит вердикт Мажор. — Ритка иди обнимашки делать!

Клоуны. Вот как есть клоуны. В такие моменты начинаю понимать капитана Рогожина, который в своё время частенько задавал в небеса вопрос: «За что мне это всё?»

Блин… Надеюсь, Лизка опять не ударится в ревность и не начнёт чудить.

Что значит почему? Ну, так ведь, все же полезли целовать Ритку, пока Тихоня разрешил. И Мажор, и Лаки, и Балагур, и естественно я. А ещё был Листик, который, как раз, выскочил из-за завала из брёвен, как раз со стороны рухнувшей башни.

— Не разбегаемся, я тоже-е-е… — со стороны одинокой скалы со стреломётами, планирует знакомая фигура Хана.

Такое ощущение, что он летит на парашюте. Вот только над головой нет купола.

Встав на ноги, Марат недолго думая, сгребает в охапку Ритку и звонко чмокает её в щёку. Собственно, как и все до этого. Ну а вы что думали? Это же жена друга, только в щёчку не более того.

А затем, потерев руки, ехидно вопрошает:

— Олежа, на ручки?

— Да пошли вы лесом! — отпрыгиваю подальше, а братва радостно хохочет.

Проклятье, я сейчас снова расплачусь. Как же я счастлив видеть этих придурков.

— Дети, вот как есть дети! — раздаётся суровый голос из-за спины.

А это кто? Высокий и темноволосый мужчина, лет тридцати на вид. Да это же Степаныч! Молодой Степаныч! Вот она магия Эдема!

Чеканя шаг и с серьёзным выражением лица, подходит к нам и, хлопнув меня по плечу, выдаёт:

— Олежа, на ручки?

Я честно пытался сбежать. Мне это даже почти удалось, но нехороший человек по имени Балагур поставил подножку, и на меня сверху бухнулась куча-мала.