Вниз по течению-2

— Спасибо за то, что привели меня сюда, — сказала Мира, глядя на него из-под приложенной козырьком ладони. — Здесь чудесно, хоть я по-прежнему не представляю, как у вас это получилось.

— Я сам до конца не понимаю, — произнёс он и медленно пошёл к аллее, увлекая Миру за собой.

Она бросила на Гая косой взгляд: шутит? Нет, он был серьёзен.

— Мне это всегда удавалось, — продолжал он. — Я мог заходить в чужие сны, как к себе домой.

— Здорово! — восхитилась Мира. — Но так это можно как-нибудь применять...

Наставник усмехнулся:

— Я и применял.

До поры, до времени.

— Для чего?

— Для связи с другими мокрозявами. Это было очень удобно, если в разумных пределах, так, чтобы выглядело естественно. Можно было обсудить что-нибудь важное, не привлекая внимание стражей. Ты же знаешь, что в Башне всё просматривается и прослушивается?

Мира не знала, хоть и догадывалась.

— А «сны» разве не просматриваются?

— Да, но у нас была целая система кодовых слов. В общем, жить было интересно, — он сорвал ещё одну травинку и сунул в угол рта.

— А потом что случилось? — тихо спросила Мира.

Гай туманно улыбнулся и, перегнав травинку в другой угол рта, ответил:

— Потом у меня случился турнир, победа и лодка. Шататься по чужим «снам» стало без надобности.

— Вы будете со мной на турнире, как сейчас? — спросила она дрогнувшим голосом и украдкой посмотрела на него.

— Я пробиваю эту тему, — ответил он.

— Спасибо, — слабо улыбнулась она.

— Даже если не удастся, думаю, у тебя все шансы справиться самостоятельно.

— С вами мне спокойнее, — призналась Мира.

— Просто, от одного вашего присутствия.

Он сделал вид, что не услышал. Они вошли в аллею, засаженную яблонями. Кроме них здесь никого не было, земля, словно снегом была усыпана бело-розовыми лепестками, звенели, рассекая воздух прозрачными крыльями, стрекозы и деловито жужжали шмели. Мира вспомнила слова Гая о передышке. Как скоро всё это закончится? Успеют ли они дойти хотя бы до конца аллеи? Впереди одиночество и темнота комнаты, звяканье ключей стражей, стук закрывающихся дверей.

Мира судорожно вздохнула, к горлу подкатил комок. Так хотелось унести отсюда самые яркие, светлые воспоминания. Чтобы заполнять ими одиночество в застенках Башни.

— Гай, — тихо позвала Мира.

Краем глаза она видела, что он повернул голову, но не решалась взглянуть на него.

— Можно я вас поцелую? — ещё тише спросила она.

Он молчал.

— Всего этого всё равно нет! — воскликнула она. — Ни аллеи, ни яблонь, ни стрекоз, даже мы сейчас не здесь.