Все грани Хаоса. Наследница Ордена

Они сходят с ума и дохнут, как мухи. Не знала?

– Как давно отец не пускает тебя в Зал Душ?

Его взгляд стал острым, как бритва.

– Это тебя не касается.

– Ещё как касается! Ты ведь не сможешь долго без своей второй половины души… Это скоро тебя убьёт!

– Меня не так-то легко убить, – безумная улыбка расплылась на его губах, но я видела, что он всё врёт. Ему больно.

– С зеркалом Тенебрис мы сможем попасть в Зал Душ и без разрешения генерала.

Дарен прищурился.

– Откуда такая тяга к неповиновению отцу? – как будто между прочим спросил он.

Но меня это задело. Я вовсе не хотела быть плохой дочерью и идти наперекор отцу. Я просто не могла иначе.

Стояла опустошенная посреди комнаты, когда Дарен взял моё лицо в свои холодные ладони и вытер слезы, капающие из глаз, туманящие действительность.

– Ты не должна опускать голову, едва сделав первый шаг.

Я сморгнула слезы, и лицо Дарена, словно бы одухотворённое, с печатью света, стало ясным и чётким.

На что он меня толкает? Что за слова странные говорит? Может, он и в самом деле безумен, и Луон предупреждала не зря? Он вырывает сердца. Он убивает. Он тонет в крови своих жертв. И он смотрит на меня, будто я воплощение надежды…

Он безумен!

***

– И что я должен делать? – Пандемония сидел в высоком кресле, обтянутом белым мехом, положив ногу на ногу и прижав к виску указательный палец руки, поставленной на подлокотник. Вид у него был сосредоточенный, но лицо не выражало ни одобрения, ни сопротивления высказанной просьбе помочь.

Нэйт сидел позади его кресла на мягкой шкуре возле камина и глядел на разложенные перед ним кубики. Невольно то и дело я отвлекалась, чтобы взглянуть на ребенка – что-то в нем не давало покоя, словно он был частью головоломки, которая вот-вот сложится.

– Мне нужно знать, где зеркало Тенебрис.

Я старалась не думать, что нахожусь в покоях демона, что сама сюда пришла, ища помощи.

Тяжелый бархат, громоздкая тёмная мебель, тронутая позолотой. Мрак и ночь, наполняющие комнату благодаря закрытым шторам и сущности самого хозяина.

Я поостереглась приближаться, находя пристанище поодаль, возле двери, где замерла, едва переступив порог. Сам этот шаг дался с трудом. Несколько раз я думала повернуть обратно, искать помощи не здесь, в другом месте, но знала, что больше нигде не найду.