Турнир

Но теперь, похоже, у меня есть шанс исправить эту ошибку», – ухмыльнулся Годвин.

– Это был ты… Точно…. Вы похожи как две капли воды…

– Отвали от него, – буркнул главный. – Пусть порадуется свободе.

Стражник что-то пробормотал в ответ, но от Годвина отстал. Вскоре они начали подниматься по ступенькам и оказались у огромной решётки. Её тут же подняли.

«Зря ты всё ещё не уехал, братец», – улыбнулся Годвин.

Трибуны были полны народу. Мужчины, женщины, старики и дети, все собрались, чтобы посмотреть на бой двух братьев-великанов.

Люди теснились на лавочках, толкались у частокола и шумели, словно целая армия.

Годвин уже стоял на ристалище. Ухмыляясь, он ждал брата, чтобы наконец сделать то, что должен был сделать давно.

«Убить его».

Арвин появился спустя пару минут. Казалось, будто лекарства знахарки не действовали или старушка не лечила его вовсе. Арвин был бледнее, чем прежде. Он с трудом удерживал одноручный меч, едва стоял на ногах, и после каждого лишнего движения шипел от боли. К Арвину не вернулась даже часть прежней силы, и теперь Годвин был больше даже его.

А значит мог легко победить.

Но что-то щёлкнуло в его голове. Он вспомнил, как тащил Арвина с арены, как потом бегал по всему городу в поисках хорошего лекаря. Вспомнил как сидел над братом и защищал его от стервы Ингрид.

Сердце застучало словно сотня барабанов.

Руки задрожали, как стальной прут после удара.

«Убить собственного брата?! Ты рехнулся Годвин?! Остановись!»

Однако бой начался. Арвин пожал ему руку, чтобы выказать уважение как к сопернику.

– Ты должен был выйти из списка, – буркнул Годвин.

– Как видишь, я не сделал этого.

– Мне придётся убить тебя.

– Смотри, чтобы я не прикончил тебя раньше.

Годвин ухмыльнулся. Злость на упрямство брата на мгновенье овладела разумом, но её оказалось слишком мало, чтобы он, словно рассвирепевший медведь бросился в атаку. Однако Арвин по взмаху руки арбитра напал сам.

Брат был ничтожным соперником. Он потерял прежнюю прыть и не мог приблизиться к Годвину, который благодаря двуручнику держал его на дальней дистанции.

Однако на мгновенье ему удалось подскочить и сделать выпад. Годвин спокойемуно блокировал удар, рефлекторно отвёл меч Арвина вправо и рубанул в открытую спину.

«Проклятье!».

Он остановил двуручник в дюйме от туловища брата, едва не разрубив его пополам. Затем отскочил, позволяя Арвину занять стойку. Они походили друг напротив друга, а затем брат снова нанёс выпад и оказался в неудачной позиции.