Узник чести

— С горем пополам, конечно, но справились. А теперь пять десятков приседаний! — рявкнул Рэй и заулыбался, глядя как уставшие, с гудящими после бега ногами ученики начали неохотно выполнять упражнение, бормоча проклятья сквозь крепко сжатые зубы. — Это что за темп такой?! Я ел вчера говядину, которая была поживее всех вас вместе взятых! — Студенты заметно ускорились и стали приседать куда как активнее, хотя некоторые валились на землю без сил.

— Неплохо! А, кого я обманываю, — махнул рукой мастер топора. — В Фолкстайнской гильдии трубадуров вас оторвали бы с руками, но выпусти вас против измененных — вмиг схарчат и не подавятся.

А теперь повторять за мной! — Рэй принял упор лежа. Парни обступили его со всех сторон и тоже припали к земле.

— Я называю число — мы отжимаемся. Все ясно? Поехали! Десять! — крикнул Рэй и начал отжиматься на кулаках. Его движения были очень быстрыми, он как будто парил над землей, касаясь земли мускулистыми руками лишь для вида. Рандал попытался поспеть за наставником, но уже на третьем счете безнадежно отстал.

Закончив упражнение, Рэю пришлось ждать еще довольно долго, пока Дорти и еще несколько человек завершат первый цикл.

— Передохнули? Шесть!

Ран старался, как мог, но очень скоро выбился из сил. Раз за разом наставник называл новые цифры, и все медленнее и медленнее двигался парень. Скоро дошло до того, что мастер топора уже выкрикивал следующий приказ, когда Рандал еще не закончил предыдущий этап отжиманий. Легкие горели изнутри, а предплечья уже тряслись от усталости, но наставник и не думал сбавлять темп.

На очередной «десятке» Ран понял, что больше не в состоянии разогнуть руки. Парень упал грудью на землю арены, а потом перекатился на спину, приводя дыхание в порядок. Осмотревшись, юноша заметил, что сдался далеко не первым: продолжали отжиматься лишь сам господин Рэй, Коприн, трое незнакомых Рану ребят и, что самое удивительное, Дорти. Его лицо побагровело от натуги, вся шея как будто полностью состояла из вздутых вен, но, несмотря на это, здоровяк продолжал методично опускаться к земле, а затем, коснувшись ее грудью и с хрипом выдохнув, снова подниматься.

Наставник смотрел на него с добродушной улыбкой, и Ран был абсолютно уверен, что Рэй проникся уважением к этому волевому толстячку.

— Ладно, народ, закончили! — сказал аэртан и одним прыжком вскочил на ноги. Складывалось ощущение, что он не устал ни на йоту и чувствовал себя даже свежее, чем перед тренировкой.