Работа для героев

Детей, вынужденных в силу природы своих способностей жить замкнуто, обучали различным наукам и основам магии, которая впредь должна была стать главной частью их жизни.

Отучившись положенное время (от шести до двенадцати лет, в зависимости от способностей), юные волшебники и волшебницы получали звания младших мэтров и мэтресс и становились перед выбором.

Можно было остаться в Цитадели, продолжить образование, вести научную работу и в конце концов через довольно долгое время попытаться стать мэтром самостоятельно. Но это был самый трудный и очень неблагодарный путь.

Многие, не готовые тратить молодость и доступную силу попусту, предпочитали искать работу в замках, городах, селах, вести бродячий образ жизни или искать удачи на войнах, как наемные маги.

Самые талантливые и самые удачливые попадали в обучение к опытным коллегам. Их, этих опытных и прославленных коллег, или просто добившихся высоких постов при дворах владык, было немного, соответственно, и учеников они брали мало.

В неудачные годы число возможных учителей превышало число желающих учиться дальше в десятки раз.

Обеспокоенный мизерным числом опытных чародеев и чародеек, Капитул выпустил постановление, обязывающее чародеев в звании мэтров обучать не менее одного ученика в десять лет. Даже вводились карательные меры, например, закрытие библиотек Цитадели для провинившихся.

Это немного выправило ситуацию, но все же не до конца. Мэтров и мэтресс по-прежнему катастрофически не хватало. В то время как предложение на рынке младших мэтров и мэтресс все еще было велико.

Короче говоря, найдя учителя, выпускник Цитадели получал шанс выбиться в мэтры намного раньше, чем своим ходом. Но взамен платил безоговорочным послушанием и практически полным бесправием.

Поэтому Джошуа, прошедший нелегкие годы стажировки у не самого милого в общении мэтра, испытывал некоторое участие к юной чародейке.

– Старшие чародеи порой любят прилюдно указывать на наши ошибки, – сказал он. – Тебе еще повезло. Мой мэтр иногда костерил меня перед всем двором.

Глэдис недоверчиво глядела на него, но улыбаться не спешила.

– А я-то всего лишь призвал себе в руку соусницу. Было очень стыдно.

Глэдис не ответила. Так, молча, они подошли к двери. Девочка задумчиво посмотрела на засов и вдруг спросила:

– Перед девушкой красовался?

Джошуа почувствовал, что краснеет.

– Нет, просто испытывал заклинание.

– На банкете. В тронном зале. При гостях. При склочном мэтре, – перечислила Глэдис. – Ты или дурак, или врушка.