Игрок

Сейчас эта тварь, что порхает там, наверху, заметит меня и поджарит себе на обед.

Бум–м–м! Лиловый цветок расцветает в небе, рассыпает яркие искры. Из жезла Фракассия вылетает ледяная стрела, и лопается с гулким треском посреди драконьей карусели. Разлетается тучей игольчатых брызг. Бум–м–м!

Строй тварей распадается, небо превращается в мозаику золотисто–лиловых пятен. Вжимаю голову в плечи, и бегу к останкам Кривозуба. Одним прыжком оказываюсь возле горстки пепла. Раскрываю мешок, и ладонью сметаю туда прах вампира вместе с амулетом.

Затягиваю шнурки и со всех ног бегу обратно.

«Атлетика – навык повышен. Наблюдательность – навык повышен. Вы выполнили задание…» Да замолчи ты, дурёха. Сейчас меня поджарят и сожрут вместе с костями и всеми навыками.

В третий раз лопается ледяной бутон. С неба сыплется золотое конфетти пополам со снегом. Истошный визг, невыносимый для слуха, внезапно пронзает воздух, многократно отражается между скал.

С разбега прыгаю в расщелину, и меня подхватывают на лету. Гай выхватывает у меня из рук мешок с пеплом, а я смотрю наверх.

В синем небе закручивается золотая спираль. Она взвивается к солнцу, истончается до тонкой нити и уносится вдаль, за зубчатые вершины гор.

Глава 25

Ущелье между скал похоже на перевёрнутое небо. Наверху – чернота, внизу – россыпь костров, которые могут сойти за звёзды.

Потрёпанный отряд капитана Фроста расположился вдоль ручья. Узкая полоска воды журчит между камней. На вкус она чуть солоноватая и холодная, как лёд.

На весь отряд у капитана осталось две палатки и мул.

Остальные имущество сгорело в драконьем пламени или рухнуло с утёса в бездну. Фрост сидит у центрального костра мрачнее тучи.

Жрец Фракассий, после неприятного разговора с капитаном, отсел подальше, к самому крайнему огоньку, и теперь штопает свой красный балахон. Вернее, это за него делает иголка – здоровая такая игла в мизинец длиной. Жрец стянул балахон с тощих плеч, напялил его на колышки. Потом достал откуда–то из кармашка коробочку, пошептал над ней.

Открыл коробочку, вытащил иглу с ниткой и воткнул в красную ткань.

Теперь он сидит, вытянув худые бледные ноги к самому огню, и листает толстую книгу. Тень от его всклокоченной бороды мотается над костром, похожая на уродливый клюв.

Наш отряд уцелел весь. Кроме Кривозуба, все живы. Мы даже сохранили половину своего добра: парочка мулов с поклажей спаслись под прикрытием скал. «Кто забывает устав, долго не живёт» –сказал Гай.