Книга 3. Пожиратель Чудовищ. Часть 1

Причём что подавление высшего поглотителя, что сила гипноза.

И мне ничто не помешало, воспользовавшись эффектом неожиданности, вскинуть голову и, раскрыв рот так широко, как только было возможно, вцепиться ублюдку зубами в шею.

Ещё до того, как появился Тиброн, я успел просветить мимика рентгеновским зрением. Он не соврал: его анатомия действительно мало чем отличалась от обычной человеческой, если забыть о разбросанных по телу “сердцах”. И, что мне было наиболее важно, у него билось сердце.

В рот из сонной артерии брызнула чуть более холодная, чем у обычных людей, и с каким-то совершенно отвратительным привкусом горечи, но всё-таки совершенно настоящая кровь.

А самое главное, в ней совершенно точно было предостаточно межмировой энергии.

Расчёт на этот раз оказался верным. Мимик, созданный путём скармливания поглотителю множества героев-попаданцев, действительно оказался полон этой силы.

Тварь тут же попыталась меня оттолкнуть. И несмотря на продолжавшую впитываться в моё тело СИЛУ, ему это бы удалось без проблем.

Укрепление мышечных волокон не компенсировало их разрушение и с каждым мгновением я становился слабее, а не сильнее.

Мне помогла боль. Полыхавшая во всём теле агония, благодаря предельному усилию воли не способная погрузить меня в забытьё, превратилась в колоссальную порцию хлынувшего в тело адреналина. Это был не раз испытанный мной на ринге эффект второго дыхания, только усиленный в десять, сто, тысячу раз.

Надолго в таком состоянии я бы не удержался.

Несколько секунд, не больше. Но этого “адского второго дыхания” хватило, чтобы мои руки, даже разваливаясь на части, обхватили мимика так крепко, как только возможно. И ещё этого хватило на то, чтобы после первого укуса сделать ещё один, а потом ещё два.

От шеи поглотителя, безуспешно пытавшегося оттолкнуть меня от себя всё это время, остался только позвоночный столб с налепленными на него обрывками плоти. Мои шесть пар клыков более чем успешно справились с разрыванием мяса, а оказывавшиеся во рту куски я проглатывал, даже не жуя.

Повреждения гортани и пищевода сейчас были последним, о чём я должен был думать.

Человек от такого уже бы сдох десять раз. Но тело поглотителя, хотя и было сходно с человеком по анатомии, контролировалось всё-таки вовсе не мозгом. И хотя голова твари, уже не способная держаться в вертикальном положении, откинулась назад, покачиваясь на позвоночнике, его руки продолжали толкать меня прочь.