На границе миров. Том I

Город новой эры

В программе переводчике есть лингвистический анализатор! И более того, у меня остался офицерский уровень в системе: я могу выполнить опасное действие — запись языка в разум внешним нейроинтерфейсом. И в коммуникаторе он есть! У меня такая сопротивляемость, что никакие импланты не поставить, к сожалению, но даже хорошо, что я из-за этого с собой таскаю нательный прибор.

Могу даже попробовать считать пару разумов и языковую модель из него, надо только кому-то нацепить эту штуку. Плюс побольше записей общения и фотографий письменности, и в итоге у меня будет язык, что смогу выучить на ускорении!

Слышал, штука болезненная и неприятная, зато сильно сэкономит время.

Главное потом закрепить знания, иначе разум выкинет ненужное. И не повторять подобное слишком часто — чревато. Лучше обучаться самому, всё же нейроны плохо переносят принудительную запись информации. Но на это времени нет: я не хочу долго по лесам прятаться. Ещё найдут меня какие-нибудь патрульные, а я двух слов связать не могу. Скорее всего, примут за шпиона другой страны или беглого преступника. Уверен, никому не нужны подозрительные пришельцы. Вдруг у них и рабство разрешено?

Едва ли Астэр будет как-то особо защищать меня. У неё передо мной никаких обязательств, что бы она ни говорила. А тут тысячи людей — выбирай себе нового компаньона сколько захочешь. Ей нужна компания, запасной источник энергии и руки, чтобы отремонтировать корабль и выбраться из туманности. Основные вещи я уже рассказал, протоколы общения оборудования передал.

Больше особой ценности не имею.

— Окей, а как ты собираешься надеть на кого-то нейроинтерфейс для сканирования? — поинтересовалась Астэр.

— Не только надеть, но и показывать разные предметы, чтобы считывать реакцию, — поправил я. — Ну… по ситуации. Либо ты сделаешь то же, что и со мной, и объяснишь потребность. Ты ведь не можешь потом мне передать язык, да?

— Я плохой маг разума и давно не имела практики: при записи могу повредить чужой разум, — она потёрла лоб.

— Ну, либо придётся силой взять нужное, да? Есть же какие-то преступники.

Я удивлённо уставился на духа, ведь чувствовал, что не шутит. Хотя вот сейчас ей проще оставить меня самого разбираться. Но вариант действенный, правда меня это делает уже не «подозрительным иностранцем», а откровенным преступником.

— На месте разберёмся, — предложил я, бережно убрав жизненно важное устройство. — В принципе, кажется, все цивилизации изобретали алкоголь.