Богоборец

Держатся за него, как за последнее напоминание о некогда великом роде.

Мы подошли ко входной двери. Старая кованая латунная ручка потеряла свой блеск.

Отец Лисицыной дёрнул её на себя, и раздался скрип.

— Дочь! — сразу же обратился он к Лене. — Побудь с гостем, пока я приведу себя в порядок для беседы. Возможно, ему нужна помощь. Он сцепился…

Лицо Василия стало ещё более мрачным. Мужик продолжал поддерживать главу рода. Как только они удалились. Лена подошла ко мне и поцеловала в щёку, а затем смущённо отвернулась.

— Тимофей, — улыбнулась она, — я рада, что ты пришёл. Ты не представляешь, как это важно для нас. И ты просто…

— Успокойся. Я сказал, что попробую помочь. Гарантий я никаких не давал. Всё-таки без детектора сложно будет.

— Понимаю, — взяла меня девушка за руку и потащила за собой. — Пойдём. Хотя бы чаем угощу.

Я смотрел на простенькое чёрное платье с карманами. Чем меня удивляла Лена, так это сменой образов. То в чёрной и широкой одежде, то как дама на аукционе, а сейчас как обычная девушка.

Мы зашли на кухню. Примерно так строили ещё в моё время. Это комната для господ. Не очень большая. Сюда приносят готовую еду слуги, когда закончат с ней в другом помещении. Тут ничего лишнего. Всё для перекуса и ночных походов к холодильнику.

Плита хоть и современная, но местами грязная. Чайник с почерневшим дном.

Лена заметила, как я осматриваюсь и немного покраснела.

— Прости. У нас не так много слуг осталось. Был Олег… — девушка замялась, — но сегодня утром он умер, когда мы были на аукционе.

Есть ещё Кирилл. Его ты видел. И наша домработница Ольга.

— Ничего… — попытался успокоить девушку улыбкой.

— Просто у меня братья… Они – вышли из рода, когда женились. Никто из них не хочет быть Лисицыным. Хоть наш род стар и уважаем, с деньгами у нас… У отца только я осталась. А я…

Девушка поджала губы и отвернулась. Судя по тому, как дрожали её плечи, она плакала.

Лена налила воды в чайник и поставила его на плиту.

— Когда мама умерла, отец всё меньше работал и больше уделял время нам.

Кто же знал, что мои братья… — не поворачивалась Лисицына, — бросят отца. Последний месяц он стал чувствовать себя хуже. А ты знаешь, какой он замечательный зельевар! Только сейчас клиентов почти нет. Урод Боровский палки в колёса ставит. Мы в отчаянии. Я… Хоть отец и не показывает, мы в – заднице! Умоляю тебя, ради Богов, чего угодно, – помоги. Я не хочу потерять ещё и отца...

Девушка отвернулась и закрыла лицо руками всхлипывая.

— Лена… — подошёл к аристократке.