Богоборец

Сия великая честь доступна лишь самым чистым и преданным Богам юным девам, в ком была обнаружена божественная искра. Отныне и впредь София будет служить во благо великого Бога. Эта огромная честь как для юной послушницы, так и для её бывшей семьи. Примите наши поздравления».

Каждое прочитанное слово, будто раскалённый молот, било по сердцу и отдавалось болью в душе. Всепоглощающая ярость вырвалась из глубин моего сознания. Желал убивать. Руки рефлекторно сжались, пальцы упёрлись в ладони. Сила, с которой я давил, только увеличивалась, пока что-то тёплое не коснулось моих кулаков.

Перевёл взгляд. Кровь стекала меж пальцев и падала рядом с матерью.

Я раскалил ладони и прижёг образовавшиеся раны. Эмоции настолько переполняли меня, что не почувствовал боли. Листок, что я держал, загорелся и, тлея, плавно опустился на пол. Вытер руки, запихнув их в карманы.

В прошлой жизни я потерял слишком много дорогих мне людей, друзей, по вине церковных ублюдков. Не счесть тех, кто сражался в войнах, устроенных Богами, и сложил свои головы на поле битвы.

Но были единицы подобных мне, у кого хватило храбрости пойти против церкви. После чего и они бесследно исчезли из этого мира и его истории.

И сейчас, переродившись в новом теле, через две тысячи лет оказавшись в этой ситуации, я осознал, что София мне дорога. Да, эта взбалмошная девчонка, невоспитанная красавица, постоянно спорящая со мной по каждому поводу. Ее порой наивные попытки помочь, становящиеся проблемами...

Софья – моя новообретённая сестра, стала дорогим мне человеком.

И в этот раз вы у меня никого не заберёте!

Мама согнула ноги, уперев колени в грудь, и обхватила их. Она причитала сквозь слёзы:

— Софушка… Моя милая, любимая, Софушка!

Её голос был полон горечи и печали.

— Расскажи мне, что произошло. Как они посмели забрать сестру? Как я могу её оттуда вытащить? — произнёс я как можно спокойнее, присев на корточки возле бедной женщины и нежно погладив её по щеке.

Мама как будто этого и ждала. Бедняжка прильнула к моей руке и зарыдала ещё сильнее.

Встал на колени перед женщиной и обнял её. Она всхлипывала на моём плече, пока я гладил её по голове. Через пять минут она чуть успокоилась.

— Священники имеют право забирать детей из семей без согласия родителей, — начала мама объяснять положение вещей не отстраняясь. — Обычно кого угодно не берут. Ребёнок с детства должен быть настоящим верующим, и в нём необходимо найти божественную искру, отражающую богоизбранность.