Приговоренный к изгнанию

Кто-то из воинов еще продолжал веселиться, но Нокс одернул их грубым окриком:

— А ну-ка щериться все прекратили! Разбились по двое, и пробуйте новые атаки! Всем использовать щиты, и не поубивайте там друг друга!

Он поднял посох повыше, из набалдашника ударил луч — и каменный шпиль Рика медленно съежился, истончился и рассыпался в пыль. То же самое Нокс сделал и со вторым.

Подойдя к Рику, он, прищурившись, внимательно взглянул ему в глаза.

— Буду ждать тебя после ужина, на малом плацу, — негромко проговорил он.

— И... ты действительно неплох, Нортон. Очень неплох.

Ужинали, едва не засыпая в тарелках от усталости.

Рыба была сочной, хлеб — теплым и хрустящим, пряные бобы — острыми, а пиво — густым и холодным. Но ели почти все молча, медленно двигая челюстями и мечтая лишь о постели.

Когда все побрели в казарму, Рик задержался во дворе.

Подняв лицо к звездам, он вслушивался в доносившийся со стороны моря шум: ветер крепчал, хотя и оставался таким же теплым, и море, видимо, штормило.

Сейчас бы раздеться и с разбега в волну, как в детстве.

.. Хорошо!..

После обильного сытного ужина и пары кружек крепкого пива напряжение в мышцах сменилось приятной истомой натруженного тела, и Рик чувствовал себя расслабленным и ватным.

Но спать он собирался позже. А сейчас он с нетерпением ждал встречи с Ноксом: хотя рыцарь и взбесил его на вечерней тренировке, интерес к фамильному оружию у Рика только возрос.

Сунув руки в карманы, он прогулочным шагом вышел на плац, с наслаждением вдыхая влажный соленый воздух.

Мимо него прошли водоносы с пустыми ведрами: в кухню нужно было натаскать воды для утренних забот. Ветер раздувал рукава рубахи и приятно освежал пригоревшее на сегодняшнем солнце лицо.

Свернув к домику алхимика, Рик спустился по дорожке вниз, к малому плацу. Нокса еще не было, и он, ожидая, сначала присел наземь у кромки тренировочной площадки, а потом и вовсе растянулся на траве, глядя в черное звездное небо.

С одной стороны, он прекрасно понимал, что нынешний император не виновен в том, что сделал его предок.

По большому счету, Империум был пусть и не добр к своим гражданам, но и не был слишком уж жесток. В стране не велось никаких междоусобиц, не лютовал голод или болезни. И тем не менее стоило только Рику подумать об императоре, как у него дыхание перехватывало от желания отсечь ему голову и насадить на въездной городской шпиль.

Он сел и вытащил из ножен свой новый меч. Серый кристалл немного светился в темноте.