Кровник

Кто мог подумать, что страх перед Империей вынудит кого-либо отречься от собственного престола?

– Меня спросить, их государь мудро поступил. Там народ поворчит, наш поворчит, да притрутся. Главное – все живы останутся. Тенорва маленькое торговое государство, а мы о-го-го! Нашего войска все боятся. Особенно те, кто не признаются. Уверен, даже мастера из Империи десять раз подумают, прежде чем на нас войной пойти.

– Будут боги милостивы, не дойдут они до наших границ.

Лорд Тоскол кивнул сыну. Уронил взгляд на бумаги на столе и размял руки.

– От патриотичных разговоров у меня аппетит разыгрался. По дороге в купальню постучи Рондо мне ужин сюда подать. Ежели хочу к пиру голову от дел избавить, сегодня покоя до темноты не видать.

Ларс улыбнулся и направился к двери.

5

Пир развернулся в большом зале в задней части замка. Подальше от ворот и башен, поближе к нависающей сверху горе. Гости расселись за громадным столом, состоящим из трёх продолговатых частей. За центральной, самой короткой из трёх, сидел хозяин с близкими.

Лорд Футхиллс, двое сыновей, вторая жена, почтенная тётушка, капитан стражи, кастелян и нашедший много лет назад приют в Двузубье благовестник, возносящий молитвы всем десяти богам по очереди.

За правой, уходящей почти до самых дверей зала, сидели знатные гости. Племянник великого лорда Каменистого края, правнучка великого лорда Солнечного простора, лорды со всевозможными приближёнными, рыцари и офицеры королевской армии. За левой, средней по длине, расположились тенорвцы и гости купеческого происхождения.

Те, с кем Футхиллс заключил «выгодные сделки», ближе к хозяину, прочие ближе к дверям.

В центре, между столами, бурной рекой пенилось веселье. Музыканты играли, циркачи дурачились, успевшие вдоволь выпить хмельного гости плясали.

Ларс налегал на кувшин крепкого столичного вина. До состояния, пригодного для беззаботных танцев, ему не хватало ещё пары-тройки кубков. Потанцевать он рассчитывал вусласть. Даже наряд соответствующий подобрал. Надел сапоги с прочными подошвами.

Крепкие шоссы, не способные порваться, сколь резко не подпрыгивай. Поверх камизы дублет со свободными рукавами и блескучей вышивкой на груди. Заодно сбрил грубую щетину. Помощницы кухарки обновлённый вид милорда одобрили, весь день пред пиром одаривая кокетливыми взглядами.

Вдоволь поговорить со старшим братом, увы, не успелось. Едва завязалась беседа, того увела танцевать наречённая. Лучезарная девочка из Флорвѝра – города искусства и высокопарных идей.