Аристократы улиц 2

— Эспер, — мама, которая сидела за столом, поднялась мне навстречу. — Я хочу участвовать в бою.

— Ни за что! — в тот же миг ответил я. — Ты не будешь сражаться.

— Но Яромир ведь ранен, ты остался единственным магом!

— Нет, мама. Исключено. Лучше помоги Добранычу. Добран!

— Да-да, господин, — домовой появился у моей ноги. — Как раз сам хотел поговорить. Усилилось давление, про которое я говорил. Должно быть, они разом хотят ударить, со спецназом этим.

— Наверняка, — согласился я. — Так что, мама, у вас с Белославой и нашими духами задача не менее важная.

Пока мы с солдатами будем сражаться на улице, вы должны будете отражать магическую атаку.

— Хорошо, — помедлив, кивнула она. — Добран, неси свечи, мел и позови Белославу. Я знаю ритуал, который нам поможет. Надо приступить немедленно.

— Хорошо, госпожа, — кивнул домовой. — Эспер, друг мой! Удачи в бою.

— Спасибо. И тебе в твоём.

Добраныч кивнул, хлопнул меня по ноге и исчез. Я обнял маму, поцеловал её в щёку и отправился переодеваться.

Из московского поместья я забрал немного одежды.

Но среди неё был военный мундир, который до этого не было повода надеть. В битве на дороге я предпочёл переодеться гвардейцем, но теперь надо было выглядеть как следует.

Кроме того, мундир был зачарован. Без связи с родовым Источником Тарковских его сила, конечно, была невеликой. Но всё равно, считай, ещё один защитный амулет, способный защитить как от магии, так и от пуль.

Плюс стильный вид. Благородный синий цвет, золотые пуговицы, эполеты и всё такое.

Я облачился в мундир. Сунул в кобуру на поясе револьвер, прицепил на грудь защитный амулет. И как раз, когда закончил, в кармане запищал сигнальный артефакт.

Вот оно. Спецотряд Бехтеева прибыл в Дальнегранск.

Они не будут сходу отправляться в атаку. Изучат обстановку, подготовятся и, как я предполагал, атакуют ночью. Скорей всего, ближе к утру.

Но перед этим я с ними поговорю.

Я выбежал на крыльцо и воскликнул:

— К тоннелю, быстрее!

Машина была уже готова, водитель сидел за рулём.

Оставалось только прыгнуть в салон, и автомобиль сразу же сорвался с места.

Ратники Обережного корпуса должны были от моего лица попросить вражеский спецназ дождаться меня для переговоров. Скорей всего, они не откажут. Ведь на площади перед тоннелем им по закону ничего не угрожает.

Может, они даже подумают, что я хочу сдаться. Только это, конечно, не так.

До места мы добрались меньше чем за десять минут. И не обнаружили отряда врагов.

Меня ждал только их командир.