Я, маг!

И, во-вторых, то, что она делает с тобой, она когда-то проделала с моим старшим братом. Под конец он превратился почти в растение, разучился думать, и она принесла его в жертву на одном из ритуалов. Ты не знал об этом?

- Нет, - потрясенно вымолвил Харальд.

- Это было давно, - в змеиных глазах мелькнула ненависть, чтобы тут же скрыться. - Более двадцати лет назад. Мой брат должен был унаследовать замок, но к несчастью приглянулся Владетельнице.

- Сколько же ей лет? - в ужасе прошептал Харальд.

- Не меньше пятидесяти, - Иерам гадко ухмыльнулся.

- Точно не знает никто, но правит она больше трех десятков лет. И вряд ли она была столь уж молода, когда вступила в схватку за Владение.

- Да, - горло сжало спазмом, и говорить стало трудно. - Спасибо. Я постараюсь сбежать.

- Если получится, приходи ко мне в замок, - Иерам похлопал собеседника по плечу. - А сейчас - иди. Мы и так заболтались.

            Вечер накрыл мир темной чашей.

            Мутной кашей в небе клубились почти невидимые во тьме тучи.

Но в замке Халл пиршество было в самом разгаре. Драли струны приглашенные менестрели, по очереди исполняя героические баллады. Родовитые подпевали, не забывая есть и пить. Наиболее слабые свалились под стол, и лежали, блаженно похрюкивая в пьяном забытьи. Лица остальных в багровом свете факелов казались странно перекошенными. Пахло вином, жареным мясом и луком.

            Харальд в пиршестве участия не принимал.

Сегодня его главная задача - следить за гостями, чтобы не натворили чего. Но есть и другая, о которой не знает никто.

            Еще днем он собрал вещи, взял из кладовой провизии дня на три, и теперь выжидал удобного момента, следя за пировавшими через потайное отверстие.

            Хельга недавно покинула вассалов, и теперь наверняка сидит у другого отверстия, рядом со специальным раструбом, таким, что любой шепот в зале донесет до ушей.

Подсматривает и подслушивает. Харальд даже знал, где находится ее отверстие - напротив того, где стоит он, и чуть повыше.

            Мысли о Владетельнице породили в теле странную дрожь - смесь сладострастия и ненависти. Вспомнилась комната, где Хельга отдавалась ему. Затем пришли мысли о ноже из небесного металла.

            "Вот она, месть! - мысль прозвучала ярко и обжигающе.