Я, маг!

            Возчики на телегах, опытные люди, как один ударили бичами, и лошади пошли быстрее, выводя обоз из-под стрел. Впереди засуетился и громогласно заорал Кьетиль, перекрывая свист стрел.

            На счастье, стреляли душегубы из рук вон плохо.

            Позади обоза с отвратительным скрипом рухнуло поваленное дерево. Шум падения на миг заглушил крики людей и лошадиное ржание. Затем отряд вырвался из засады, и в этот момент Харальд очутился рядом с Асиром.

            Тот казался спокойным, лишь чуть более резкие, чем обычно, движения выдавали волнение.

- Интересно, почему они не уронили дерево спереди? - спросил старший охранник тихо, словно у самого себя.

- Что? - вскинулся Харальд, решив, что командир обращается к нему.

            В темных глазах южанина плавало удивление.

- Они могли уронить пару бревен впереди нас, и запереть в ловушке, - ответил он терпеливо.

- Но не сделали этого. Почему?

            Оставив Харальда в недоумении, Асир поскакал в голову колонны.

            Лес разбежался в стороны, обнажив неширокую и изрядно истоптанную прогалину. Многоголосый вопль, раздавшийся при виде этой, обычной в принципе картины, заставил Харальда подпрыгнуть в седле.

            Когда он подъехал ближе, то понял, чего испугались спутники.

Обычная речушка, которая только и может, что тихо журчать, сейчас ярилась и бурлила, словно свирепый горный поток. Огромные массы белесой воды обрушивались на берег жадными могучими руками, заставляя землю вздрагивать.

            Повозки сгрудились на берегу, не решаясь переправляться.

- Тут же брод - курице по колено! - стонал Кьетиль, обхватив рыжую голову руками. - А что это? Почему?

- Я слышал, что в одной из разбойничьих банд есть маг, - сказал Асир, катая желваки на скулах.

- Похоже, это правда.

            Харальд вгляделся в бушующую стихию. В струях угадывались очертания текучего, искаженного болью и яростью лица. Оставалось лишь удивляться, почему другие этого не видят. Юноша пригляделся еще раз: так и есть - водянец, стихийное существо, чужой волей принужденное мутить воду.