Реликвия и скальбурский зверь

Всебор улыбнулся, вынул из ножен свой ржавый тесак и, размахнувшись, бросил его в дальний угол.

– Подарок достойный героя, – рассматривая гиперборейскую саблю, проговорил он. – И кто знает, достоин ли этого подарка я.

4

– Вот значит, где наш приятель! Мы его ждём, а его всё нет и нет!

Голос Броля эхом разнёсся по сокровищнице. Всебор вздрогнул, запрокинул голову и смущённо посмотрел на своих товарищей.

– Золото! – визгливо закричал Зубастик. – Боги Спумариса, вы услышали мольбы несчастного Жиля. Наконец-то закончились мои мучения.

– Как много! – изумлённо протянул Клут. – Ни одному эльфу не доводилось столько видеть. Ни одному…

– Так что же мы стоим!? – завопил Палько. – Давайте скорее делить, дурни вы этакие.

Громыхая подошвами ботинок, все четверо бросились по ступеням вниз. Жадность и стремление поскорее добраться до вожделенной кормушки затмили рассудок и им. А Всебор смотрел на своих товарищей и не мог поверить, что несколько минут назад сам напоминал сумасшедшего, в глазах которого пылал ненасытный огонь безумия.

Теперь-то ему было стыдно, а золото, которое так долго влекло, не вызывало ничего кроме отвращения. Он ещё не осознавал этой перемены, но сила, заставившая взглянуть на мир другими глазами, уже изменила его, освободив разум от первородного зла.

"За такое зрелище можно и деньги брать, – подумал Всебор. – Если показывать в ярмарочном балагане".

Он отошёл в сторону, когда жадные эльфы и его стародавний приятель начали набивать карманы золотым песком и самородками.

Вечно мрачный и суровый Клут смеялся как помешанный и выбирал самые крупные, Палько и Жиль дрожащими от жадности руками распихивали золото всюду, куда могли и даже Громила, которого нельзя было заподозрить в несдержанности, уже успел заполнить самородками свой походный мешок.

– Чёрт! Я набил карманы так, что не могу двигаться, – пожаловался Жиль. – А ты чего стоишь? Помогай!

Зубастик, раскрасневшийся от напряжения, возмущённо уставился на Всебора.

– Хочешь, чтобы я за тебя всё тащил? – Жиль выпятил губу и угрожающе нахмурил брови.

– Глупец! – рассмеялся Палько. – Когда другие хватают, он стоит и смотрит.

Эльф хохотнул и под тяжёстью ноши завалился на бок.

– Какое же оно тяжёлое, – пробурчал он. – Вот ведь зараза, много и не утащишь.

Клут стоял в отдалении и кряхтел, пытаясь взвалить на плечи трещавший по швам рюкзак. Но когда ничего не получилось, он пальцем поманил Всебора.