По дороге могущества. Книга вторая: Лимрак.

- Я в узком коридоре оборону держал, рубил кого мог да отступал потихой. А потом вдруг одна тварь кабанообразная меня боднула и на спину себе закинула, ну а я возьми да и воткни сдуру свою булаву ей прямо в задницу! Визгу было-о, чуть не оглох! - Клыкастые близнецы уже в голос ржали, а все остальные улыбались и похохатывали с весёлыми глазами. Да и я сам не смог сдержать ухмылки, чего уж там. В это время Хэдвиг смочил горло и продолжил: - В общем, так гадину проняло, что она давай бежать со всех ног! А я-то, стал быть, вцепился в неё, не отпускаю, на ней болтаюсь - тык-дык-тык-дык, тык-дык-тык-дык! И бандуру свою при этом ещё кручу-верчу, как рулём управляю! Вот так вот - вжууу, вжууу, поворо-о-от! А потом ка-а-ак скидыщ - и летим мы вверх тормашками по ступеням в самый низ! Авария, будь она неладна! И вот там-то каюк и пришёл моему жопомобилю.

Весь стол уже лежал держась за животы и утирал слёзы. А Хэдвиг так печально вздохнул и пожаловался.

- Эхх вы, ничего вы не понимаете. Вот знаете, сколько мы с моим жопомобилем монстров передавили, а? Да я сколько булавой не перебил, вот чесслово!

Беара, хохоча, приложила кружку об стол, расплескав её содержимое, и попыталась перекричать всеобщее веселье:

- Да это ты ещё самого главного не рассказал! - она повернулась ко мне и указала на ухмыляющегося воина.

- Идём мы, значит, исследуем подземку, карту составляем, и тут поворачиваем за угол и видим такую картину - стоит к нам спиной этот ездок и крепко держит за задницу визжащую тварь, которая безуспешно пытается вырваться, да кричит ещё на неё во всё горло: “Да заткнись ты! Терпи, щас закончу уже!” Лядь, да это всё у меня до сих пор перед глазами стоит!

- Не, ну а чо я-то? - развёл руками Хэдвиг.

- Ведь ежели жопомобиль поломался весь, то не бросать же булаву, верно?

Его слова породили новую волну хохота, и я смеялся вместе со всеми. Может быть, если рассматривать ситуацию со стороны бедного “жопомобиля”, это было не так уж и весело, но, чёрт возьми, мы ведь просто напившиеся солдаты, гарланящие пошлые шуточки, для которых каждый выход в подземелья может стать последним! Лично у меня нет сострадания к этим тварям, и сильно сомневаюсь, что здесь кто-то не разделяет этого же мнения.

Когда всеобщее веселье стихло, слово взял уже изрядно осоловевший Вирхем:

- А йа вот прост взял, да и прив… применил то есь, рунир отвода глаз.

- Ага, я тож точно также сделал, - поддакнул один из мужчин, не помню его имени.

- А ты, Сиэрд? - спросил я у жаброида.