Клан

Иначе мы обе погибнем! 

– Я не знаю, что я должна вспомнить!.. – крикнула в ответ Инна. Затем, открыв глаза, зажмуренные от приступа, она ничего не увидела. Вокруг была тьма и пустота. Бездна. Вдруг, прямо перед ней загорелся огонь, принимающий очертания человеческого тела. 

– Ты должна! 

– Я не помню!.. 

– Но… 

– ОТСТАНЬ!!! 

Огненная фигура заткнулась. Немного помолчав, она продолжила спокойным голосом. 

– Действительно, время еще не пришло. Позволишь ли мне спасти нас? 

– Да! – без раздумий крикнула Инна.

Яркий дневной свет внезапно ударил ей по глазам. Она лишь слышала рычание вервольфа, напавшего на нее. 

– Сме-е-ер-р-р-рть!.. – рычал он. 

Неожиданно для нее самой, ее левая рука поднялась, направив ладонь на Баргеста. Перед ладонью начали мелькать какие-то круги и линии, очень похожие на рисунок искателя пятью этажами выше. Символы резко остановились, и столб багрового пламени ударила Эрзиана, откинув его на десяток метров.

Зверь взвыл неистовым воплем. 

– КАК?! 

Инна заговорила, но свою речь она не контролировала. Ее телом вновь что-то овладело. 

– Как ты, грязная псина, посмел напасть на меня? – голос девушки был спокойным, но она чувствовала, как внутри закипает нечто злобное. Ярость, которая не принадлежала ей. – Ты хоть знаешь кто я? 

Оборотень во мгновение ока вернулся в человеческий облик.

– Моя госпожа! – застонал он. – Я не мог повер-р-рить, что это Вы!.. 

– Теперь поверил? – воскликнула девчонка и, скрестив руки над головой, развела в стороны. 

Прямо из-под снега и метрового слоя асфальта наружу стремительно вырвались толстые черные цепи, опутывая и поднимая над землей Эрзиана, быстро вновь перевоплотившегося в зверя. Когда его лапы были обездвижены, а сам он завис на высоте человеческого роста, цепи начали плавиться и тут же застывать, пленяя оборотня мертвой хваткой.

Девушка спокойно, не спеша подошла к пленнику и ленивым тоном продолжила: 

– Ни одна шавка из вашего семейства даже в подметки мне не годится… 

– Ты сдох-хнешь!.. 

Колдунья резку вытянула вперед руку и сжала кулак. Баргест опять издал пронзительный вой и закрутился вьюном, но постепенно сжимающиеся железные путы не позволяли ему сдвинуться с места.