Ловец снов

Перед глазами возник образ Дани. Мне было тогда пятнадцать лет, ему тридцать один. Он был для меня не просто друг, он был для меня всем. Ему верила больше чем себе, верила каждому слову. Когда он находился рядом, у меня перехватывало дыхание, сердце замирало на мгновение, а потом оглушало своим биением. И когда я узнала, что он пропал без вести, мир рухнул для меня. Все, что окружало, просто стало давить на меня. Говорят, время лечит, но это ложь, с болью учишься жить, но она лишь притупляется. Но видя его на кадрах, слыша голос в записях, видя фотографии.

Дыхание, как и раньше, перехватывается, и слезы катятся, как и в то утро, когда узнала, что он пропал. Прошло много лет, но так и никто не нашел ни тела, ни того, чтобы подтверждало, что его нет. Многие сразу сказали, что нечего больше ждать, я же верила много лет. Но однажды, он мне приснился, я обнимала его, а когда проснулась, за окном увидела снег, падающий крупными хлопьями, тогда все стало ясно. «Я поняла Даня, я тебя отпускаю».

       -Даня!- Я готова была выскочить в окно, изо всех сил стуча по стеклу, чтоб он обратил на меня внимание.

Не дождавшись его реакции, я выскочила на улицу, но тщетно. Он все дальше и дальше отдалялся от меня, наконец, он обернулся.

    -Даня, подожди, не уходи, я тебя прошу, стой,- слезы обжигающими струйками скатывались по раскрасневшимся щекам. Я бежала по глубокому снегу, в одной футболке, и джинсах, босиком, но не чувствовала холода. Даня лишь улыбнулся, черные волосы чуть подернуты инеем, а глаза спокойные-спокойные.

 Вдруг поднялась пурга и его черты стали размываться в этой снежной мгле. 

    -Даня! Даня!- больше не было сил бежать, ноги не слушались меня, как бы я ни старалась заставить себя встать, но я продолжала на четвереньках передвигаться, не упуская его из вида, боясь, что он может исчезнуть. Наконец буря исчезла, как и появилась, а вместе с ней и исчез Даня. Я сидела на заснеженной дороге, качаясь взад-вперед, хватая ртом холодный воздух.

Наконец крик вырвался из меня в небо, не помню, как долго я кричала, как долго била по дороге сжатыми кулаками. Из оцепенения меня вывели  руки бабушки. Она помогла мне подняться и дойти до избы.

        -Почему он не остановился, почему не подошел,- все так же давясь слезами, уже не зная, толи от обиды, толи от встречи после долгой разлуки.

       -Ему нельзя к тебе, как и тебе к нему, нужно время дочка.