Самаэль. История Джерома Елисеевича

 — Мы сдаемся, но на условиях…

— Дорогой профессор… — с издевкой перебил старика начальник секретной службы, — вы не в положении ставить условия.

— Боюсь, это вы не понимаете, что здесь происходит, молодой человек.

Зеленые глаза рыжеволосого блеснули злобой, как смел этот археолог обращаться к нему, будто к одному из своих нерадивых студентов. Но тут раздался крик ужаса из стана врага, медлить было нельзя, пока Романов отвлекся на мгновение, полковник швырнул винтовку Джерому, и, зияя черной вороненой пустотой, дуло «Самаэля» направилось в сторону оппонента.

— Я не промахнусь, здесь меньше ста шагов, Виктор Петрович, поднимите ваши руки.

Рыжеволосый нехотя поднял руки, но наглая улыбка не покинула его напыщенного лица. Тем временем крики сменились выстрелами, и все снова утихло.

— Не стреляй, Ерема, — из тени ловко выскочила Мария и встала между своим начальником и братом.

Ситуация начинала изрядно напрягать «вольного стрелка», ладони вспотели, нервы были на пределе. Романов что-то шепнул своей подопечной, и, опустив руки, они начали медленно отходить за каменный выступ. Джером второй раз держал на мушке этого самодовольного хлыща, и тот снова вышел невредимым, в следующий раз молодой человек пообещал себе стрелять без предупреждения.

— Теперь нам, похоже, придется сдаться, гер Арнет? — Похоже, осознание капитуляции давалось голландцу с невыносимым отвращением, но виделось неизбежным.

— Похоже на то, не ожидал, что нас так быстро нагонят, этот Виктор Петрович очень хитрый лис, манипулятор.

Обычно сдержанный и, возможно, не в меру позитивный человек впервые предстал перед Джеромом с новой стороны, беспомощный и оттого злой на самого себя. Глаза профессора быстро бегали, сопровождая тяжелый мыслительный процесс. Ситуация и вправду выдалась довольно скверная, тут было не поспорить. Мария окончательно спутала все карты, прикрыв своим телом Романова.