Как я не стала ведьмой

Зачем вам оно?

- Раз неученая, то и не надо было к ученым лезть! Не были хозяевами? Станем! Если Филипп заберет у нее кольцо и с покойниками договорится, то его право над этим кладбищем будет. И вы ему не помешаете. Уходи, Александра Викуловна. И я уйду. Пусть разбираются сами.

Сгусток темноты приблизился к серым женским теням и стал их, как будто, затягивать. Я еще слышала какие-то ругательства бабы Саши, но ее уже уносил от меня Калин Панфилович, и через пару минут их не стало.

А Филипп остался и снова двинулся ко мне. У меня прям над ухом раздался тихий голос Семена Фомича:

- Кольцо! Ты же хозяйка, проси помощи у наших! Они помогут! Мы все тут его в хозяева не хотим.

Собрав в кулак последнюю волю, я распрямила плечи и вытянула вперед руку с кольцом.

- Прекратить! Приказываю этих убрать!

Над могильными холмиками закружились еле заметные светящиеся тени. Все они направлялись в сторону Филиппа и его сопровождающих. Сын колдуна остановился и посмотрел на многочисленных поднятых покойников.

- Ах, вот ты как решила. Ну, сама виновата.

С этими словами он опять поднял вверх палец с перстнем и громко выкрикнул:

- Договор!

Я почувствовала, как под ногами вздрогнула земля. Рядом завыл Бушуй, а тени над могилами остановились.

Над крестами и памятниками поднималось нечто. Сначала это выглядело, как мутное свечение, но постепенно оно стало превращаться в ведьму Евдокию. Только сейчас ее призрак был метра три высотой и светился бледным светом, как полная луна.

Теперь пришла очередь командовать Филиппа. Он спокойно оглядел огромный фантом и приказал:

- Убрать всех мертвецов.

Евдокия подняла огромную руку и тени метнулись врассыпную, стараясь спрятаться в свои могилы. Вдалеке послышался плаксивый голосок Бореньки «Мама, не надо!» и тоскливый Семена Фомича «Евдокия, зачем!?».

Я смотрела на огромную ведьму и понимала, что проигрываю. Все. Некому больше меня спасать.

А сама я против сына колдуна не выстою. Но какого черта? Дуся же клялась мне в верности, благодарила, как могла, за сына, а потом предала… обидно! И я закричала:

- Евдокия! Как же ты могла? Ты же обещала, что вся твоя сила будет моей, говорила, что в долгу передо мной. Так-то ты долги отдаешь?

Лицо Евдокии скривилось.

- Прости, Вера. Филипп пообещал мне за службу дорогу к мужу показать. А я так по нему соскучилась.