Как я не стала ведьмой

Тот отошел от ограбленных плачущих малышей и уселся на ближайшую лавочку. Лицо подростка выражало скуку. Судя по всему, ему было не впервой обижать маленьких. Ну ладно, сейчас я из тебя эту привычку выбью.

Я прицелился и кинул шарик в … ну, ниже пояса короче. Парень вскрикнул и загнулся прям на лавочке. Роберт откровенно смеялся:

- Вот ты зверь, Вакула. Да у него сейчас ощущение, будто туда кипятка плеснули.

Я пошел к стонущему подростку:

- Ну что, больно?

- Очень – сквозь слезы ответит тот.

- Вот еще раз маленьких обижать задумаешь, вообще… отвалится.

Парень даже стонать перестал и смотрел на меня во все глаза, как на волшебника. Сзади подошел Роб:

- Что смотришь? Жжет яйки-то? Иди телефоны детям отдай и вали отсюда, пока еще где-нибудь не припекло.

Подросток, продолжая сгибаться, подошел к мальчикам и отдал им телефоны. В этот момент я заметил, как Роберт сделал легкий жест, будто что-то смахивал. Лицо парня выразило облегчение, он выпрямился, еще раз посмотрел на нас абсолютно круглыми глазами и очень быстро пошел прочь.

- Аха! Я все видел! Ты его вылечил.

- Не его вылечил, а твою работу убрал. Это разные вещи.

- А меня научишь убирать?

- Ты делать сначала толком научись, убирать он уже хочет. Вишь, получилось один раз стукнуть без косяков, сразу грудь колесом выгнул. Мы в самом начале нашей учебы. Соберись, Вакула.

Я собрался, и начался активный учебный процесс. Тренировки проходили каждый день. Иногда мы искали нехороших людей и я отрабатывал на них удары.

Иногда мы собирались на моей кухне, и меня учили особым премудростям формирования шариков. А иногда мы сидели в каком-нибудь кафе или просто на лавочке, Роберт показывал мне на человека, и я должен был посмотреть его организм, рассказать, какие органы у него больные и куда бы я его ударил, если бы надо было причинить ему боль, а куда - если бы надо было его убить. А когда черта рядом не было, я читал медицинские атласы. Теперь моя квартира была завалена книгами про всевозможные болезни, а посреди кухни стояла анатомическая модель человеческого тела. Роб был мной доволен, у меня все неплохо получалось. Я втянулся в эту жизнь и стал нарабатывать собственный опыт. Мне понравилось учиться на бойца, я перестал чувствовать себя таким беспомощным, как раньше. Жизнь налаживалась.

Единственное, что меня беспокоило, это наши отношения с Олей. Мы стали видеться еще реже, теперь я тоже часто бывал занят и не мог с ней встретиться.