Напряжение растет

Научимся! Я ведь тоже никогда не танцевал, да и нога пока не особо гнется. Но у нас же еще пять дней впереди! 

— А танец сами придумаем, — подвел я итог. — Тем более, что у нас есть подсказка. 

На этой фразе я достал из-за спины стопку фотографий, до того лежавших изображениями вниз, и веером распахнул перед друзьями, жестом предлагая ознакомиться. 

— Это те, кто будут в жюри. — Я дождался, пока фото разойдутся по рукам, и добавил. — Надежные люди говорят, что им нравится смерть. Нет, не своя собственная, я уточнял.

— Будем танцевать с утятами в руках и в конце отрубим им головы, — меланхолично произнес скрипач, рассматривая фото лысого господина с безобразным шрамом на правой скуле. 

Я нагнулся к Артему, внимательно посмотрел в его глаза и постучался ноготком по стеклу очков. 

— Все дома? 

А он отчего-то даже не ответил — мрачнел и не отрывал взгляда от изображения. 

— Смерть — не означает гибель. Риск, опасность, хождение по грани, — тихонько произнесла Светлана и провела по изображению ноготком, оставив глубокий след через все лицо человека — холеного, вполне приличного на вид, если бы не угольно-черные, будто бы взятые с черно-белого фото, глаза.

— Предлагаю танцевать на сквозняке! 

Федор от всеобщего внимания смутился и потупил глаза. 

— Федор, это слишком опасно, — не одобрил я. — Так и заболеть можно. А если танец с тиграми? У меня как раз есть парочка знакомых. 

— Придется долго репетировать.

— Это да, — пришлось согласиться и сосредоточиться на поиске вариантов. 

Раз с тиграми не получилось… А есть ли в мире еще что-то, что будет опасно для других, но не опасно для меня? 

— Идея! — озвучил я мысль, пришедшую озарением. — Огромное металлическое кольцо! С гранями столь острыми, что могут перерезать человека, как лист бумаги! Мы закрутим его и будем танцевать внутри! 

— А вы знаете, я отлично играю на скрипке, — тут же деловым тоном прокомментировал Артем.

— Живая музыка — хорошая идея, — одобрил я. 

— Фортепиано! — в одном слове выдохнул весь объем легких Паша и с паническим видом затряс поднятой вверх рукой. — Фортепиано! Второе место в городе! 

Аж гордость взяла за такое рвение к общему делу. 

— Барабан! — важно ответил Федор. 

— О, умеешь? — заинтересовался я новой гранью таланта своего брата.