Импульс

И всё же… Мэй Фокс была красивой. Приятные черты лица – достаточно тонкие, но не настолько острые, как у Алисы. Фигура не спортивная, но стройная. Обаятельная улыбка, изящество движений… Мэй Фокс была женственной. И проявлялось это вовсе не в выборе одежды, причёски или макияжа, а в том, как легко и непринуждённо она всё это носила. В каждом жесте, в каждом наклоне головы, в осанке, в мимике сквозило то, чего отчаянно не хватало самой Алисе. То, что до недавнего времени она не считала важным. Но вдруг именно это и есть самое важное?

«В чём твоя для него ценность?»

Что ты можешь ему дать?

– Я его люблю, – тихо повторила Алиса, пытаясь заглушить сомнения.

«Я не могу взять тебя за шкирку и встряхнуть, как заигравшегося бессовестного котёнка».

– Она пытается им манипулировать. Пытается перестроить его под себя, сделать более удобным.

Отстранённость и холодность. Она почти не поворачивалась к нему, и он так нервничал, и будто не решался (он, никогда не знавший страха, не решался!) коснуться её руки. И смотрел на закрывшуюся за ней дверь кухни… Таким странным задумчивым взглядом…

– Я готова измениться ради него. Стать такой, какой он захочет меня видеть. И я не хочу, чтобы он менялся ради кого-то другого.

Однако он менялся. Отказывался от своих планов. Сильный и смелый, всегда легко восстававший против любых ограничений, непокорный, бунтующий, свободный – он поддавался чужой воле.

«Я не буду ставить на тебе опыты, Мэй».

«А теперь подумай хорошенько и продолжи».

Алиса была бы рада не признавать очевидного, но в глубине души уже понимала, что это значит.

«Знаешь, иногда я проклинаю тот миг, когда впервые с тобой заговорил».

Девушка за барной стойкой окинула взглядом зал и приветливо улыбнулась, заметив Алису.

«Лучше бы тебя не было, – подумала тигрица, не отводя взгляда.

Четверг

Тебя на расстояньи обниму,

Дотронусь нежно строчкой, как рукою.

Четверг был их днём.

Алиса приходила на тренировку сразу после школы, почти за час до начала занятий. Переодевалась, стараясь не выдать поспешности. Входила в просторный зал. И видела в дальнем его конце Криса. Он сидел на коленях, закрыв глаза – неподвижный, спокойный, погружённый в себя настолько, что не замечал ничего вокруг.