Импульс

Даже если на самом деле она угадала, он всё равно сказал бы именно это: «Доверься мне – я никому тебя не выдам…» Алиса прекрасно понимала, как это работает: родителям нужно, чтобы был кто-то, кому она сможет честно рассказать о том, чем не хочет делиться с ними. И, разумеется, если бы Крис вступил с ними в такой сговор (ради её же блага, исключительно ради её блага…), он сказал бы именно это… Это, но не так!

– Значит, вы не об этом вчера договаривались? – осторожно спросила Алиса, глядя в его сверкающие негодованием глаза.

– О чём бы мы вчера ни договаривались, шпионить за тобой я не нанимался. И не согласился бы, даже если бы Рэд попросил. А он, кстати, не просил. – Крис вздохнул, смягчаясь. Допил кофе, покрутил чашку на блюдце. – Ты его недооцениваешь. А между тем, если тебе интересно моё мнение, он – первый, с кем тебе стоило бы обо всём этом поговорить. Я хочу тебе помочь, но он явно справится лучше. Хотя бы потому, что он лучше понимает, с чем имеет дело.

Алиса, не удержавшись, тихо фыркнула. Отвела взгляд, уставившись за окно – на крупные снежинки, одна за другой срывающиеся с низкого неба.

– Ничего он не понимает, – тихо сказала она. Крис молчал. Ждал продолжения. Алиса коротко прикусила губу и приказала себе отбросить сомнения. Довериться. В конце концов, если не доверять тому, кого любишь, то кому тогда вообще доверять? – Он… Нет, ты не подумай, он замечательный, я знаю… И я его очень люблю, и вообще-то не хочу от него ничего скрывать, просто… – Пальцы сами собой нервно сплетались в какие-то замысловатые фигуры, а взгляд отказывался отрываться от заоконного пейзажа.

– У него всегда всё получается. Он сильный, уравновешенный… Он не поймёт, как это – не справляться с собственными эмоциями, когда ты всего лишь человек. Когда тигр – да, это он может представить. Но… Дело же не в том, что я тигр. Он так надеялся, что мне этот дар не передался… Предполагал, конечно, амулет вот заставлял носить – на всякий случай. Кажется, это вообще первое, что я запомнила в жизни: нельзя снимать амулет, это очень-очень важно… А потом, когда выяснилось, что я тоже могу перевоплощаться, он… Ну, не то чтобы расстроился, но… не обрадовался уж точно. И беспокоиться стал ещё больше. И всё время говорил, что мне должно быть проще, чем ему, потому что я всё-таки человек. И раз уж он справился, значит, я – тем более смогу… – Алиса хотела вздохнуть, но подавилась воздухом, и он вытолкнулся из горла резко, судорожно. – А на самом деле это ничего не значит. Ничегошеньки.