Проводник кошмаров

Они убьют тебя за то, что ты задумал.

- Это вряд ли. Когда мы выпустим Кошмар, им будет не до нас. Сейчас он обитает на таких глубинных уровнях эфира, что без проводника не может сделать ничего. Его язык полная абстракция, сны и видения. Но даже так он показал мне, что нужно делать. Он отпустит тебя, отпустит меня.

- Ты этому веришь?

- Я не знаю, может ли лгать Кошмар. А вот Джером и его начальство – те ещё лжецы, а мы для них вообще не люди. Для меня выбор очевиден.

Мия поджала губы, сдерживая плач. Её глаза наполнили слёзы, когда она вновь подняла их на Милоша.

- Ты выглядишь больным, твой взгляд безумен.

Милош кивнул, соглашаясь.

- А твой полон отчаяния, - ответил он. - Дай мне руку, Мия, без твоей помощи я не справлюсь.

Она посмотрела на протянутую ей ладонь и слабо улыбнулась.

- В любом случае у меня больше нет сил, - сказала она, беря Милоша за руку. – Пусть получат свой драгоценный Кошмар.

Милош закрыл глаза и приступил к работе. Это как писать код высокого уровня. Нужно сформировать задачу, условия её выполнения и завершения, используя шаблонные конструкции, а затем дать им импульс, который приведёт всю систему в движение.

Такой подход упрощал работу с психосилами. Законы эфира облекались в понятную человеку математическую форму, работать с которой мог даже самый закостенелый разум. Псионики переставали быть особенными, одарёнными индивидами и становились полностью управляемыми пользователями лишь тех сил, которые им было дозволено иметь. И здесь научный подход шёл бок о бок с подходом коммерческим. Корпы такое обожали. Однако сейчас, обращая их оружие против них самих, Милош был даже благодарен этим жадным акулам.

Невообразимое смотрело на него из темноты, и Милош чувствовал этот взгляд, но теперь он не боялся. Он с радостью шагнул навстречу Кошмару и протянул ему руку, чтобы вывести из глубин на свет. Он отворил ему дверь, и ждать оставалось совсем недолго. Ещё несколько шагов, и он выполнит свою часть сделки. Ещё несколько шагов и…

Разрыв контакта вызвал шок.

Милош с трудом мог видеть и слышать, в палате явно были ещё люди, и ему казалось, что он слышит плач. Мия? Не разобрать. Кошмар тоже был рядом, слабый и безвольный, оседающий в эфире лоскутами блёклого пурпура.

От бессилия Милош хотел заплакать, возможно даже заплакал, но слёз он не чувствовал, он вообще мало что чувствовал сейчас. Ему хотелось, чтобы это был сон. Чтобы можно было зажмуриться и перетерпеть. Хоть всю ночь – он бы выдержал.