Усы за двенадцатью замками

А по ступеням этого экипажа спустился молодой господин. Он вручил кучеру солидную горсть монет — видно, ехал издалека, — медленно огляделся, вдохнул полную грудь воздуха, пропахшего розовыми кустами, и зашагал по площади в сторону Гостиного двора.

Представьте, что посреди непроглядной тьмы вдруг зажегся яркий, но маленький огонек. Будь жители столицы беспечными насекомыми, они бы тотчас на него слетелись. Но были они людьми — в большинстве своём. И потому лишь загляделись и зашептались, не понимая сами, чем был так примечателен этот новоприбывший господин.

Одежда его была изящной, но не богатой. Фигура стройной, но вовсе не выдающейся, походка — простой. Волосы — средней степени густоты, кудри — умеренной волнистости. Кожа — не бледная и не смуглая. И только одна деталь была в этом образе действительно уникальной — густые усы, такого чудного металлического оттенка, что можно было подумать, будто из-под носа у него тянутся золотые, вперемешку с серебряными, драгоценные нити. Такими вышивают подушки в богатых домах.

Он поселился в гостинице — не в самом центре, но притом и не на окраине. И мгновенно оброс плотным кругом не самых близких, но притом и не самых далëких знакомств. Кажется, в каждой гостиной и в каждом салоне звучало звонкое имя его — Георгий. Люди кружили над ним, как ласковые стрекозы, и липли к нему, как восхищенные комары. Одним хотелось от гостя мнения, другим — совета, третьим — танца, четвёртым — партию в карты.

А самому Георгию более всего на этом свете хотелось помочь всем и каждому.

Те удивлялись:

— Да разве столичным больницам нужны в наш век какие-то покровители? Ведь мы не в глухой деревне… — Однако, не успевая договорить, уже тянулись мысленно за большим городским справочником, надеясь ухватить себе больницу поинтереснее. К примеру, приёмный покой при Центре исследования последствий цветных ожогов.

Георгий отвечал:

— Любые масштабные перемены нужно начинать обязательно с головы.

Какой-нибудь генерал, возвратясь домой, находил жену свою в особенном возбуждении.

— Уверена ты, моя драгоценная, что хочешь заняться таким беспокойным делом? Ожоги, раны… — он со знанием дела корчил свой длинный нос, а мгновенье спустя снимал губами с вилки кусочек мяса.

Женщины вздыхали, все как одна:

— Ну что за глупости?.. Так посоветовал мне Георгий!..