Темная энергия: тихий ужас городских кварталов

– Надо было сразу думать, что пишешь, а не так, по воле фантазийных волн перемещаться. Ломай теперь голову, соображай, напрягай мозги, раскидывай умом, углубляйся, мни, как к нужному берегу вывернуть и причалить. Перво-наперво, надо с народом разобраться, чтобы, значит, понимал, кому и чем обязан, и благодарности своей не стыдился демонстрировать. Ну, а потом плотненько начнешь вечность осваивать. Мало-помалу, ползком, мытьем или катаньем – все равно, как. Усек? Понял?

Жос в ответ только развел руками.

А что тут скажешь? Виноват – не виноват, а отвечать придется.

– Может, закрепить? Для надежности? – заметив отсутствие просветленности в лице и уловив неопределенность в движениях Жоса, поинтересовался у первого напарника Бодун. И продемонстрировал свой увесистый, поросший рыжеватой щетиной аргумент. – Улучшить усвояемость, повысить выполняемость? Проверенным способом, а?

Федул пожал плечами и, отдавая процесс на волю провидению, простодушно приподнял брови.

Тоже, в сущности, неопределенность, мол попробуй, на свой страх и риск, может, что и получится. Уловив в реакции товарища созвучность своим намерениям, Бодун просиял, и дернулся было вперед, но Жос тут же поднял молоток навстречу и выпятил челюсть.

– Ладно, – остановил второго Федул. – Будем считать, что информация усвоена в должной мере, задание понято и принято к исполнению.

– Напрасно ты ему все спускаешь, – с укоризной молвил Бодун, отступаясь. – Хорошая затрещина в любом деле только в подспорье станется.

Залог, так сказать, и задаток.

– Ладно уж. В другой раз не избежит вдвойне.

Когда парочка непонятно кого, выйдя, к слову, по-людски, через дверь, освободила помещение, Жос бросил молоток обратно на подоконник и задумался.

А вот с какой стороны ни смотри, ни разглядывай, не нравилась ему ситуация, в которой он оказался. Ситуация, прямо сказать, хреновая. Это не ситуация, а полная, прямо говоря, жопа. Как есть ловушка. То есть, попал он к этим ребятам, грубо говоря, на крючок.

Это что же получается, теперь они по всякому поводу будут сюда являться, вышибать ногой дверь и поучать его тумаками? Наставлять на путь истинный? Вместо всенародной любви и славы – оплеухи и затрещины? Эти, как их! Лещи! Этого ли он желал, к этому ли стремился?

«Даже не знаю, как из этой петли выбраться, – пробормотал он задумчиво. – Зато знаю точно, что Лои это бы не понравилось. Не-а».